Она фотографирует

На ее воображении сказывалось прочтение ужастиков на ночь и тонкое восприятие всего нового. В каком-то фильме говорилось, что нельзя верить даже своим глазам. Милана и не верила. По крайней мере старалась. Она смотрела в боковое окно до самого приезда домой. Ее шея затекла, но повернуться она так и не решилась. Одному лишь Богу известно, что ей могло там померещится.

Их семья из трех человек жила в частном, двухэтажном доме. Просторная мансарда предоставлялась в личное пользование Миланы. Уж чего-чего, а личного пространства ей хватало более чем.

Мама встретила их, одарив лучезарной улыбкой, и обещала накормить умопомрачительным ужином. Ее звали Виктория, и выглядела она как постаревшая копия дочери. Все же Милана считала ее красивой, не то что себя. Да, тоже рыжие волосы, да веснушки по всему лицу. Но какая у нее фигура, а еще улыбка. Прибывай ты хоть в самом дурном настроении, эта улыбка способна обогреть тебя и взбодрить. А ее имя, Виктория, звучит как музыка, как и Александра. А что Милана? Так, просто звук, непонятного происхождения.

Правда существовала одна нелепая история, о которой мама рассказывала Милане. Мама Виктории, что по совместительству являлась бабушкой Миланы, в молодость закрутила роман с каким-то арабом, прилетевшим по неизвестным делам в Москву. Звали его смешным именем Джундуб. Когда он улетел к себе на родину, обнаружился тот факт, что бабушка Миланы оказалась беременна. Больше они никогда не виделись. И вся соль заключалась в том, что имя Джундуб значится как кузнечик, кем он и являлся. Обрюхатил и упрыгал восвояси. Чтобы не давать повода для насмешек, решено было вписать в графу «отчество», первое попавшееся имя. По документам мама Миланы значилась Александровной, но по факту оставалась Викторией Джундубовной.

Милана буркнула, что позанимается уроками в своей комнате и не будет ужинать. Поднимаясь по лестнице, она все-таки заставила себя бросить беглый взгляд на отца. Ее нутро требовало неоспоримых подтверждений. Опять чувство тревоги и страх, только теперь намного сильнее и реальнее.

Сомнений не было – человек, которого радостно обнимает мама – чужой. Только как она сама этого не замечает? Неужели эта взрослая любовь и правда слепа?

Милана закрылась в своей комнате. Громко включив музыку уткнулась в подушку и заплакала. «Почему жизнь так несправедлива?» – спрашивала она неизвестность. Мало того, что сверстники отобрали у нее детство и уверенность в себе, так еще и неведомая сила нагло украла ее папу.