Девять смертных грехов. Часть третья

Это же Даниэль, я увидел, как он несется к нам через перекопанное поле, обгоняя отряды стражи. – Вы опять убежали!

Я не смог сдержаться и расхохотался. Луиса покраснела еще больше, я почувствовал, как она начинает злиться.

– Спасибо, что пришла, – сказал я, и злость пропала. – Я тоже не забуду…

Сейчас

Гули, ведьмы, вороны – все это нежить начального класса. Умертвия – это уже другое, они создаются вокруг живой души, и это делает их в разы опаснее. Они могут учиться, они могут становиться сильнее, и та тварь, которая сейчас пришла за нами, была очень сильна.

Тем не менее, я смог ее достать.

– И-и-и-и-а-а-а-а-у-у-у! – выло умертвие, и его крик словно сорвал пелену, которая до этого окутывала остальных.

– А-а-а! – раздался короткий вопль. Это была подруга того идальго, которому нежить снесла голову. Заорала от ужаса и неожиданности, но смогла быстро взять себя в руки.

– Что за странное ощущение? Словно всю ночь пролежал на земле и только поднялся, – Белый растерянно тряс мечом.

– Собрались! Прогоняйте через себя чистоту, пейте все зелья восстановления, что у вас есть! Это умертвие, и оно не отступит! – я как мог помогал своему отряду прийти в себя, радуясь каждому мгновению затягивающейся паузы.

Никто не спешил атаковать. Ни умертвие, все еще выводящее заунывные рулады, ни странники, приготовившиеся к активации своих вторых форм, ни тем более мы… Над головами раздался цокот когтистых лап.

Крики и запах смерти пробудили висящих на потолке гуасов, и те так же, не опускаясь вниз, ринулись к нам.

Я снова погрузился в нашу общую чистоту, управляя отрядом словно вторая принцесса. Я видел все, что видел каждый из учеников, чувствовал то же, что и они, и… Сразу стало очевидно, что мы чуть не забыли про еще одного врага.

– В стороны! – рявкнул я.

Лишь пара человек замешкались, не успев уйти с пути ринувшегося с потолка потока тварей скверны. Их мгновенно разорвали на части, но походя.

Главной целью, главным своим врагом гуасы считали умертвие. Именно в него каждая из тварей скверны попыталась впиться и когтями, и своим единственным клыком.

– Как кошки, набросились и рвут, – выдохнул кто-то рядом со мной.

Я во все глаза следил за тем, на чью сторону склонится чаша весов. Гуасы терзали умертвие, вырывая из него клочья мрака и гниющей плоти, вот только… Я чувствовал, сейчас что-то случится.