Не смотри ей в глаза

Там народу полно, кто-нибудь да подаст. Ну, пошли!

Он повернулся и зашагал к подземному переходу с красной буквой «М». Мух вскочил на лапы и потрусил за ним.

К полной неожиданности Максима, подавали в метро хорошо. За полчаса он заработал больше пятидесяти рублей. Пересчитав деньги, Максим потрепал Муха по голове и довольным голосом сообщил:

– Пошло дело! Сегодня вечером устрою тебе пир!

– Ой, какая смешная собачка! – услышал Максим звонкий голос.

Повернув голову, он увидел высокую, худенькую, востроносую и симпатичную девочку лет тринадцати или четырнадцати.

Она была одета в старенькую залатанную куртку и вязаную шапочку с торчащими от старости нитками.

Девочка присела на корточки рядом с собакой и улыбнулась.

– Какой ты славный, малыш! Какая это порода? – спросила она у Максима.

Он окинул девочку взглядом с ног до головы и ответил:

– Ирландский дог.

– Шутишь?

Максим покачал головой:

– Нет.

Девочка посмотрела на собаку с сомнением:

– Но доги ведь большие!

– Большие, – согласился Максим.

 – А Мух – карликовый дог.

– Значит, его зовут Мух?

– Мухтар. А Мух он только для своих.

– Для кого «для своих»?

– Для тех, кто ему нравится.

Песик вытянул шею и лизнул девочку в щеку. Она засмеялась.

– Видел? Я ему нравлюсь! Значит, для меня он тоже Мух!

Прохожий на секунду остановился, посмотрел на Максима, девочку и собаку, нахмурился, возмущенно пожал плечами и зашагал дальше. Максим тоже нахмурился.

– Слушай, – обратился он к девчонке, – шла бы ты отсюда.

– Почему?

– Я здесь вообще-то работаю.

– Кем работаешь?

Максим отвел взгляд.

– Неважно. Просто иди отсюда, и все.

Девочка улыбнулась:

– Я бы ушла, но не могу.

Максим посмотрел на нее удивленно:

– Это еще почему?

Девочка выпрямилась, посмотрела Максиму в глаза и ответила:

– Потому что это мое место.

– Не понял.

– Что тут непонятного? Я стою здесь каждый день с семи утра до восьми вечера.

Десять минут назад ушла за лимонадом, возвращаюсь – а тут ты.

Максим наконец все понял.

– Так ты попрошайка? – с легким оттенком презрения проговорил он.

Девочка кивнула:

– Да. Давно, уже семь месяцев. Меня сюда Барон поставил.

– Какой еще Барон?

– Ты что, не знаешь Барона? – удивилась девочка. – Он у нас тут самый главный.

– Где – у вас?

– На сиреневой ветке метро. И на желтой тоже. Это его территория, понимаешь?

Максим все понял.