Модистка из другого мира 1. Райская птичка

 – Увы, ты в клинике на самой окраине Лонхейма. Тут туго с дарами цивилизации. Ты как-то странно выражаешься сегодня. Еще мутит?

– Тогда газеты, – Лара все-таки смогла сесть. Даву поправил ей подушку. – Последние выпуски, очень прошу, ребята! Вы таки… милые, не знаю, что бы я без вас делала! Ну помогите еще немного, умоляю!

Парни недоуменно переглянулись, у Сежа поползли на лоб его белые брови. Странная парочка вышла из палаты. Лариса слышала, как они просят медсестру принести из вестибюля свежую прессу.

Сама Лара воровато прислушалась и попыталась доковылять до зеркала на стене. Сначала ноги не слушались, но она упорно ерзала ступнями по холодному полу, держась за спинку кровати. Ступни тоже были длинными, изящными и ухоженными.

– Да твою ж дивизию! – ахнула Лариса, посмотрев в зеркало. – За что?!

На нее, надув пухлые губки, глядело… дивное диво: девица лет двадцати, высокая, стройная, даже немного худосочная, гибкая, с осанкой балерины и ранее отмеченными нереально длинными ногами.

Еще и блондинка и, кажется, натуральная. Лицо с высокими скулами, невинные глазки, голубые, как у котенка, – мечта маньяка, решившего уничтожить всю красоту мира.

– Чтоб вас всех, – высказалась Лара, истерично всхлипнув от смеха. – Говорили тебе, мать, нельзя быть на свете красивой такой, а ты и влипла!

… Ибо необходимо было признать очевидное: действие любых препаратов и алкоголя давно бы закончилось, для комы реальность ощущалась слишком… реальной. Сама личность Ларисы Бердыниной слабо подходила на роль жертвы столь масштабного розыгрыша – слишком дорогим вышло бы мероприятие.

Все вокруг было знакомым, но слегка… не таким. И тело – тело было чужим, но чем дальше, тем больше Лариса, словно долго болевший, но выздоровевший человек, ощущала его своим.

Она добралась до раковины и умылась ледяной водой. Дверь в палату была приоткрыта, Сежа и Даву стояли достаточно близко, чтобы услышать их разговор.

– … тоже заметил, как стерва нас поблагодарила? – с непонятной горечью в голосе спросил Даву.

 – Я чуть не написал в штаны от умиления. Может, в честь такого события устроим банкет?

– Ты знал, с кем будешь работать, когда нанимался в агентство, – равнодушно бросил Сежа.

– Я не знал, что буду подтирать сопли великой Лара. Терпеть ее заскоки. Вытаскивать ее из передряг и молиться, чтобы она не наябедничала Марго. У меня не было выбора. Где еще я смог бы творить?

– Вот и сиди ровно.