Почему он спал с твоей женой

Им обоим не хватало воздуха, становилось жарко. Ревнивый ухажер жадно дышал, будто раздувая пламя. Меер слышал резкие выдохи и звук противного глотания скупых слюней. Маркус туго сжимал рукоять ножа, постоянно перехватывая потными руками. Они стояли молча около минуты, пока Хорнтрегер нервно стучал ногой, набивая незнакомую Мееру мелодию.

– Ты убивать меня не забыл? – спросил Макс.

– Молчи, дрянь. – он не дал и слова вставить.

– Я же не знал, что у вас всё серьезно, думал расстались уже.

– Ты врёшь, ты всё знал!

Маркус перестал топать ногой, набрал полную грудь воздуха и нанёс резкий удар.

Остриё ножа вонзилось Мееру в ладонь, пробив её насквозь. Макс схватил лезвие, застрявшее в кисти, второй рукой пытаясь ослабить его хват. Потная ладошка дала сбой и нож оказался у Меера, хоть и был частично в нём. Вслед за победой Меера последовал сильный удар в голову. Как же свирепо Маркус месил его физиономию своими кулачками. Ему и опомниться не дали, в то время как он усердно пытался высвободить нож из дырявой ладони. Маркус решил помочь, вытаскивая правой ручкой рукоять, при этом кулаком взбивая фарш из некогда красивого лица. Из брови хлестала кровь, выжигая Мееру глаза. У него отняло зрение, а от сильной боли отнимало речь, меняя речь на стоны. Маркус таки высвободил нож и из руки Меера хлынула кровь. Машинально оттолкнув его руку, он отполз, в процессе боя его ногами.

Он схватил оружие и кинулся на Меера, на тот момент уж было ясно это последний раз. Хоть ему и удалось сбежать в гостиную, но юноша был слишком близко.

Нащупав у камина кочергу, Макс стал размахивать ею и вроде как попал по руке. Услышав громкий стон и звон металла, Макс решил: «наверное, упал нож». Это его шанс, нельзя дать Маркусу новую попытку. Он нанес еще один удар, промазал. Вторая попытка и попадание. Пока не ясно куда, его глаза по-прежнему жгла кровь. Не колебался он, как мальчик, впервые прыгавший с утеса, он бил! Не знал бьющий если еще стоит Маркус на ногах, может ли он драться. Нанёс еще один и раздался резкий хруст, последовал отборный мат, звеневший обрывисто и на коротком духе. Еще разок, еще один и всё, Мееру ничего не будет угрожать. Подняв железяку на вытянутые руки, он нанес финальный удар. Тихий скрип и громкий выдох, а потом Отелло замолчал. Наконец и Меер мог перевести дыхание, умыть лицо и протереть глаза. Перед ним лежало тельце без признаков жизни, а целая квартира походила на локацию из фильма ужасов.