Скриба

– При таком ливне саксы ни за что не вылезут из своих берлог.

– Конечно, – согласно кивнула девушка.

– А ты случайно не дочка переписчика? Тебя зовут…

– Тереза.

– Точно, Тереза… Ты иногда приходила сюда за известью для обработки кож. Помню, когда мы виделись в последний раз, у тебя на лице было столько прыщей, что оно походило на пирог с ягодами. Ты сильно изменилась. По-прежнему работаешь ученицей в пергаментной мастерской?

Тереза помрачнела, недовольная сравнением своего лица с пирогом.

– Да, но только я уже не ученица, я прошла испытание и стала подмастерьем, – зачем-то соврала она.

– Женщина-подмастерье? Пресвятой Боже! Разве такое бывает?

Тереза привыкла разговаривать с парнями, у которых ума хватало только на то, чтобы кидаться камнями в собак, поэтому она промолчала и свернулась калачиком под жакетом, откуда тайком посматривала на Хооса. Он был примерно на голову выше всех знакомых молодых людей, выглядел сильным и крепким, наверное, от прежней работы на каменоломне.

А еще он показался ей похожим на тех огромных лохматых собак, которые с ног до головы вылизывают малышей и терпеливо сносят их шалости, но в мгновение ока разорвут на куски любого, кто осмелится поднять на них руку.

– А ты чем занимаешься? – наконец нарушила молчание Тереза. – Твоя мать не упускает случая похвастаться тем, что ты служишь при дворе.

– Ну, – усмехнулся он, – ты же знаешь, то, что матери рассказывают о своих детях, в лучшем случае лишь наполовину правда, а другой половиной следует восхититься и тут же о ней забыть.

Тереза рассмеялась. Действительно, отец так ее превозносил, что она иногда краснела от стыда.

– Три года назад, – продолжил Хоос, – я, благодарение судьбе, отличился в одной из военных кампаний Карла Великого. До него дошел слух об этом, и по моем возвращении он предложил присягнуть ему на верность.

– А что это значит?

– Если коротко, это значит стать вассалом короля, преданным воином, которого в любой момент можно призвать под свои знамена.

– Воином? Как те, что служат у наместника Вюрцбурга?

– Не совсем так, – улыбнулся Хоос. – Эти несчастные продают себя со всеми потрохами за жалкие гроши, а у меня есть собственные земли.

– Я думала, у воинов не бывает собственных земель, – удивилась Тереза.

– Попробую тебе объяснить… Становясь вассалом короля, человек обязуется верно ему служить, а король, в свою очередь, – щедро оплачивать его службу.