Библиотекарь 2

Я шёл по коридору, прокручивая в голове, что могло случиться. Это было явно из-за меня. Именно после моих действий с той энергией стены кафе замерцали. Что это был за источник? И почему руна так странно подействовала? С этим я ещё успею разобраться, нужно добраться до выхода или до кафе.

Я уже шёл минут пять, звук шагов гулко отскакивал от белых стен, за поворотом показались ботинки профессора и затем сам профессор. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой.

– Ну, что, понял? Мы в кольце.

– Я попробую в другую сторону, может, если идти обратно, то получится выйти?

– Если тебе так хочется, – профессор с той же полуулыбкой приглашающе указал на коридор за моей спиной.

Я развернулся и пошёл в обратном направлении.

– Ну, что, убедился? – Персонс всё так же сидел у стены и рассматривал меня с полуулыбкой. – Я же говорю, мы в кольце.

– Но как из него выбраться?

– Не знаю, – профессор пожал плечами, пододвинул к себе помятые листы и начал их аккуратно разравнивать. – Надо ждать, что нас спасут.

– А если не спасут?

Профессор снова посмотрел на меня, он был серьёзен.

– Спасут, – и в подтверждение своих слов Персонс кивнул. – Сам подумай, куда они денутся. Я известный профессор, руководитель кафедры алхимии. Потеря такого кадра очень дорого обойдётся нашему университету. Ну и, как я слышал, ты тоже парень не промах, изобрёл панель как её там…

– Панель Кроана.

– Неважно, – отмахнулся профессор, – важно то, что ты тоже определённую ценность имеешь. Если уж за тебя сам Пошкин впрягся, то университет не должен допустить пропажи такого самородка.

Не удивляйся, я конечно знаю, что Пошкин требовал оставить тебя в университете. Только почему он так поступил, не понимаю.

– Мы с его дочерью долго работали в лавке Алвинов, я был у них в гостях несколько раз. Мне кажется, из-за этого.

– А, вот оно что, – профессор кивнул, в его взгляде появилась лёгкая заинтересованность, – это многое объясняет. Потому что та причина, которую озвучил Пошкин, была ну слишком натянутой – какое-то соглашение с университетом, которое он грозился разорвать.

Если бы даже он и заключил соглашение с нами, то уж студенту первого курса в нём было не место. Без обид.

Я пожал плечами и сел напротив профессора.

– А эмоциональная привязанность, – продолжал профессор, – вполне достойная причина такого поведения.

Персонс замолчал. Я тоже не знал, что говорить. Рассказать ему о том, что мы застряли из-за меня? Страшно, вдруг он опять впадёт в ярость.