Мой дом – бесконечность

1979

Объяснение

Как дворам, по-будничному праздным,

Разгадать в столетии литом,

Что любил тебя всегда, но сразу

Не сказал… Что столько лет потом

Говорил с тобою – не словами,

Но прерывистым дыханьем звезд,

Но бушующими деревами

В откровенные прорывы гроз,

Что зимою – зябликом случайным

Я стучался в мерзлое окно…

Да и то, что кажется молчаньем,

Было правдой до краев полно.

1979

Мухаммед

…Архангел говорил: «Читай!»

А он в ответ: «Я не учился

Срывать с небесного щита

Созвездий медленные числа.

Я знал: бегущий свиток лет

С той вязью встреч на белых веснах

Написан лишь затем, что вслед

Единственный читатель послан. —

Я знал: для одного меня

Вся каллиграфия печалей

На обороте Книги Дня

Луны выводится лучами.

Не бойся – я пойму и так: В

едь на скрещенье вен трепещет

Велений Божьих каждый знак.

Вскрой полумесяцем – захлещет!»

1979

Ангел

О возросший над самой крышей

Мой космический черенок,

Под которым созвездья рыщут

Городские, сбивая с ног,

О юродивый, о тишайший,

Протянувший десятки рук

Над несбыточной жизнью нашей,

Над большим фонарем разлук.

Беспечальный! В тебе не того ли

Слабоумного мальчика дух,

Что не знал ни тоски, ни боли

И ловил огоньки на льду?

Помню – вскладчину хоронили

Мы всем домом тебя год назад…

Не пустили.

Только долгий зеленый взгляд.

1979

Нищий-двойник

…О господин! Когда великий мрак

Падет на эту землю безвозвратно, —

Последним светом в черных зеркалах

Я отражу тебя тысячекратно.

Я стану песни отзвуком твоей,

Ответом средь всемирного молчанья,

Твоим воспоминаньем… О – поверь,

Поверь, что наша встреча не случайна!..

И ради тысяч непостижных лет,

Где мы неотличимы друг от друга, —

Подай на бедность – и смотри мне вслед,

Пока следы на льду не слижет вьюга.

1979

Полночь

На лесных, на темнеющих тропах

Я искал тебя в тайном июле,

В золотых и загадочных строфах

Тех поэтов, чьи судьбы минули,

На дорогах бездумья и неги,

Одиночества и забытья, —

С той минуты, как дали мне некий Облик.

В вечность отверстые веки.

С той поры, как себе я судья.