Жонглер и Мадонна

Их у меня через двадцать лет питерский музей с руками оторвет, – без тени улыбки сказал Иван.

В быту он старался отмежеваться от того победительного красавца, каким делался на манеже. Своих фотографий не любил. И плохо представлял, как в последнее время выглядит в работе. А Майя это уловила. И еще – она нечаянно изобразила очень красивый кусочек комбинации для мячей. Если развить ее мысль, то можно эффектно подойти к сложному трюку, который Иван, как полагалось по плану, собирался в этом году отрепетировать и выпустить.

Эскиз ему понадобился, чтобы вклеить в книгу, но не объяснять же Майе!

– А интересно бы выпускать журнал цирковых мод… – вдруг заявила Майя. – Настоящий, профессиональный…

– Имеет смысл, – усмехнувшись, согласился Иван и, к вопросу о модных журналах, рассказал, как во время давних сингапурских гастролей тот, кто отвечал за общую нравственность, попросил в гостинице китайца-коридорного принести ему в номер модный журнал. Не владея китайским, он тыкал пальцем в картинки другого модного журнала – и китаец, естественно, привел ему трех соответственно одетых дам легкого поведения… Рассказывал Иван не впервые, разработал ударные фразы, и эта история уже лет десять производила отличное впечатление.

Майя, забыв про флюс, хохотала.

Верхний свет Иван убрал, поставил на стол тарелку с грецкими орехами и сам их щелкал для гостьи, зажимая по два в кулаке. Он достал довольно свежую, всего полугодовой давности, газету, где к рецензии прилагалось фото в лазоревом костюме, мир праху его… Потом рассказал еще историю – о похождениях заблудшего контейнера.

Майя тоже что-то рассказала из своих приключений, Иван вывел разговор на литературу – оказалось, у нее есть та книга, которую он много лет назад не дочитал. Майя дала свой телефон, Иван записал, беседа продолжилась. И в какую-то секунду, поймав взгляд Майи, уловив, как она всем телом подалась вперед, Иван решил, что она уже ждет… Незаметно протянув руку, он потушил гримировальную лампу.

В тишине и темноте громче зазвучала музыка – похоже, Монтеверди… Иван взял Майю за плечи, подождал мгновение, цепко притянул ее к себе и поцеловал медленным долгим поцелуем, на который она в конце концов ответила.

Потом они с минуту сидели и молчали, обнявшись.

– Иван, нельзя же так… – прошептала Майя, вдруг опомнившись и высвобождаясь.

– Тебе неприятно? – обиженно сказал Иван.

– Я так сразу не могу. Я лучше пойду, – сказала встревоженная Майя и резко встала. – Уже поздно.