Шаги за спиной

Вот этот например, упился с горя, потерял жену, чертики мерещатся, два дня ходил под себя. Теперь ты убирай, а я посмотрю.

На лице новенькой было застывшее, но героическое выражение. С таким лицом только под танк прыгать.

– Меня зовут Тамара, – представилась она и отвернула простыню.

– Не надо! – сказал Валерий, – выйдите, я сам! Все выйдите вон!

– Щас быстро успокоим, – сказала медсестра, но сделала знак и обе женщины вышли.

– Ну как? – спросила медсестра и Тамара пожала плечами, презрительно. Она была уверена, что все бы получилось отлично.

Тамаре было девятнадцать. Невысокая, коренастая, голубые глаза. Длинные светлые волосы – наверное, длинные, потому что собраны в узел. Во взгляде готовность верить и идти. Она расстегнула халат и застегнула его правильно. Совсем еще девчонка. Мы с ней еще встретимся не раз.

Два года подряд она поступала в медицинский, несмотря на астрономические взятки, которые давали другие и которые она сама дать не могла. Кроме денежной взятки требовалась взятка специфически женская.

Тут дело уперлось в принцип и два года пропали зря. Когда дело упиралось в принцип, Тамара слегка тупела, но никогда не сдавалась и, прогорев окончательно, чувствовала мрачное удовлетворение с нездоровым оттенком. Так в детстве она в кровь билась со старшими, если чувствовала себя правой.

От коридора ответвлялась комнатка с телевизором, умерщвленным до девяти ноль-ноль вечера. Стояли застенчивые растения в углах. Другие растения вились по стенам как по своей собственности.

И те, и другие были пыльными.

– Ладно, – сказала медсестра, – пока убирай здесь, – здесь тоже грязи полно. Швабру и веник возьмешь у меня. Чтоб вернула! (как будто кто-то позарится) А то знаю я таких.

Валерий привел себя в порядок, умылся как мог.

Сбрил куцую бороду и вышел отдохнуть. Он сел в кресле, а чертика посадил себе на колено. Кресло было твердым и протертым, вот-вот пружины вылезут. На душе было гнусно, что естественно после неудачного побега. Хорошо еще, что не совсем опозорился.

– Хорошо, что не опозорился, – сказал чертик.

– А ты не повторяй мои мысли!

Тамара обернулась на голос и увидела человека, который разговаривал с собственными руками.

Чертик перелез на ладонь и предложил:

– Давай что-нибудь устроим.

– Что?

– Разобьем телевизор.

– Нет, не хочу, – отказался Валерий.

– А что хочешь?

Валерий подумал и вспомнил последний разговор по телефону с директором.

– Хочу, чтобы директор говорил только стихами.