Менеджер по покупкам душ (рассказы)

Подобный человек, Михаил Иванович, – Тинин ловко подлил шефу еще коньяку и положил семги. – Недостоин занимать это место, оно для человека более исполнительного и дисциплинированного. Леонид Альбертович всего два года в замах – а гонора! А такие речи после предоставления роскошного отдельного кабинета, непонятно, Михаил Иванович, за какие заслуги выделенного, выходят за рамки всего! Я главный бухгалтер уже четыре года, у меня меньший оклад, я сижу в общей комнате, но я не позволяю себе…

– Вы себе многое позволяете, – вмешался Камышов.

 – за этот год я обнаружил несовпадения в балансе и уже проинформировал Михаила Ивановича.

– А вы думаете, если вы племянник вице-президента банка, да еще и залезли в постель к дочери господина Кристаллова, так можете не работать весь день и лезть там, где вас не просят? – вспылил Тинин.

– Может, – устало махнул рукой Болотов. – Леня, ты пошутил, или ты увольняешься по статье?

– А больше, чем от всех наших дегенератов, Миша, – продолжил Леонид.

 – Я устал от тебя. Ты не просто сволочь, ты мудрая сволочь…

Болотову по ассоциации неожиданно вспомнилось, как тридцать лет назад, с подвыпившим в честь сдачи научного атеизма другом он возвращался к себе домой. Ночную улицу то и дело оглашали вопли «Бога нет» и «интеллигенты мудилы». Последующие события полностью подтвердили девиз будущих коммерсантов – семнадцатилетняя девочка, глупо сделавшая им замечание и позволившая себе читать им мораль, была изнасилована молодыми студентами и комсомольцами.

Мама девочки, учительница русского языка и литературы в ответ на заявление о том, что ее дочь была изнасилована сыном народного депутата и сыном секретаря парткома, кроме событий, спровоцировавших ее инфаркт, больше ничего не получила.

Неожиданно у Болотова зазвонил мобильный.

– Да, Израиль Степанович! – встал он навытяжку. – Чтооо? Уроем падлу! Гадом буду, Изя! Кстати, маркетинговые исследования и корреляционно-регрессивный анализ проекта мистера Левинзона Коля уже сделал.

Я как бы думаю, что в бизнес-план влазит. Да, безналом… Давай.

– Пусть буду я сто лет гореть в огне

Не страшен ад, приснившийся во сне,

Мне страшен хор невежд неблагородных,

Беседа с ними хуже смерти мне!

– театрально продекламировал Хайяма Леонид, и опрокинул стул господина Болотова вместе с его хозяином. Болотов, испытавший в свое время и не такие падения, как всегда упал успешно, лицом в черную икру.