Такая разная тьма

Джад тащит на спине восьмиугольный щит, которым никогда не пользуется, а в руках – тяжелая секира. Тактика старпома: в опасный момент бросить оружие и поразить противника колдовством. Либо наоборот, подождать, пока на классический щит мага не выпрыгнет какой-нибудь мечник, а уж тогда опустить поле и отсечь ему одну из конечностей решительным ударом. Наблюдатель отметил бы, что Джад несколько трусоват, тем не менее, с поля боя еще никогда не сбегал. Научился, видимо, давить в себе неуемную осторожность.

Тщедушный Граф с его стальной оглоблей.

Тут и сказать-то нечего. Ладно, есть чего сказать – тщедушным его не назвать, тут я хватила лишнего. Просто изгнанный сын старинного дворянского рода низкоросл и не выглядит даже на десятую часть той силы, которой обладает. Правда, воздает за сей неприглядный факт размерами носа и меча.

Секрет хорошего отряда – постоянный обмен навыками. Только так можно долгое время оставаться в живых, избегая военного флота, карательных эскадр и прочих благожелателей. На суше тоже нелегко, в общем-то.

Именно поэтому в экипаже четыре-пять человек могут правильно очистить и зашить рану, обработать перелом, разбираются в травах и зельях. Хотя врач на корабле один, я ведь не совсем целитель, а маг-целитель. На ранг ниже, можно сказать. Именно поэтому те из нас, кто по причине отсутствия Искры не может использовать магию, держат в запасе какой-нибудь защитный амулет или иной трюк.

Именно поэтому все члены экипажа без исключения отлично владеют оружием, порой – даже не одним.

– Не берись за чужой огород… – нещадно фальшивя, затянул Ксам. Я поморщилась, бросив:

– Не берись за песню. Если петь не умеешь.

Вот с пением у нас полный швах. У всей команды. Интендант вроде бы играет на лютне и поет, но его голос сильным и красивым тоже не назовешь. Хорошо, хоть в ноты попадает.

Так и живем – без походной песни.

– Ага, – поддержал меня старпом. – На что у меня мелодии отвратные выходят, но твои песни, Рыжий – какая-то кошачья драка посреди весны.

– Хотел как-то воодушевить, – пожал плечами тот. Я хмыкнула:

– Получилось же. Когда прекратил петь.

Шестеро путников, навьюченные провизией и личным скарбом, нестройно шагали вдоль травянистых холмов, выстроившись в растянутую цепочку. Дорог здесь нет, только направления и тропинки, едва заметные. А берег такой дрянной, отвратительный – на мель не сядешь, а вот о скалы разбиться можно легко. Еле-еле нашли место, где можно на время оставить «Храпящий».