Такая разная тьма

Не хочу нагружать тебя работой по починке корабля, а с нами идти опасно по ряду причин. На «Храпящем» тебе сейчас каждая деревяшка будет напоминать о Тумасе. Очисти разум, и, когда поймешь, что готов идти в бой – возвращайся в бухту.

Вздох.

– Есть, капитан. Нажрусь за всю команду, можете не сомневаться.

– Еще одно, – добавил Джад. – Если что-то вдруг услышишь про такие металлические корабли, вызнай все, что получится. Любые сведения.

Ойген еще раз качнул головой. Видно, что не слишком верит в успех подобного дела, но, по меньшей мере, попытается.

Хороший парень, хоть и прост, как нательная рубаха.

– Не вижу резона что-то еще узнавать, – лениво протянул Граф, когда матросы покинули нас. – Сейтарр еще там, на берегу сказал, что приводится та инфернальная машина в действие силой пара. Точно так же, как грайрувские паровые повозки. И все видели, что там труба с дымом вместо мачт.

– Нам нужно как-то подобраться к нему и взорвать, – сказал боцман, плотоядно потирая руки. Я возразила:

– Если подобраться и получится, там же целая армия на борту.

Не сдюжим, учитывая, что останемся без магии. Так бы я их раскидала…

– …как котят, угу, – ехидно закончил Ксам. – Уважаемый… или лучше говорить «уважаемая»? Кхм, уважаемый капитан, а вы не подумали, что там тоже могут быть маги?

– Подумала, – кивнула я, – представь, что ты не любишь яблоки. Не просто не любишь, а до дрожи в коленях и ненависти в глазах. И тут тебя ловят, сажают в бочку с яблочным повидлом, а сверху высыпают еще две корзины яблок, крепких и зеленых.

Прямо на голову.

– Это ты к чему, Тави?

– К тому, что маг себя на том корабле будет ощущать очень и очень неуютно. Мало того, что металл подавляет наши силы, так еще и чертова рунная защита от магии везде, где только можно. Могу почти гарантировать, что колдунов там днем с огнем не найдешь. Нам, правда, ничуть не легче придется.

Боцман поскреб бороду, затем выдал:

– Ясно. Значит, с абордажем не выгорит.

– Мы, в сущности, не солдаты, – развела руками я.

 – Я не могу бросать команду в самоубийственный бой, кто-то скажет: а оно мне надо? И имеет на то полное право, подчеркну. У нас нет превосходства, кроме хваленой невидимости, но поддерживать ее на каждом в отдельности я не смогу. Помнишь, за сутки мы говорили про Аргентау, Джад?

– Ага, – кивнул тот, – я начинаю думать, что это единственный толковый метод. Проникнуть в страну, узнать, где у него причал, и попробовать совершить диверсию.