Доктрина спасения

Еще чуть-чуть…

Краем глаза уловила, что под самой крупной плитой, сразу за приплюснутым затылком, снова разгорается испепеляющий огонь. И такое отупение нахлынуло, что я не отпрыгнула и не откатилась в сторону, а придавила едва ли не пылающую чешую раскрытой пятерней. В стороны, в последней предсмертной волне ярости вырвался инфернальный жар.

Боль.

Боль?

Осоловело закинув мокрую прядь волос за спину, я удивленно осмотрела руку. Кожа как кожа – покрыта ссадинами, виднеется сорванный мозоль на сгибе пальца, но… никаких ожогов.

Невидимый обладатель голоса, комментирующего каждое мое действие, едва слюной не захлебнулся. Я высвободила свое единственное оружие, сделала несколько шагов к центру каусса и подняла глефу над головой, даже не пытаясь смотреть в лица зрителей.

Сознание раскололось на несколько частей. Одна молила о пощаде и пыталась настойчиво заявить, что я-де маг, даже книжник, не мое дело драться с демонами на потеху публике. Вторая, более ехидная, замечала, что для этого не стоило становиться пиратом.

Мардские руны… та штука могла запросто сжечь мне кисть. Но не сожгла.

Быть может, не так уж и бесполезны мои закорючки?

Когда я покидала круг каусса, слизывая с губ соленый дождь, перемешанный с собственным потом, заметила, что один из солдат с недовольной миной передает в руки другого увесистый мешочек. Явно набит монетами. Заметив мой взгляд, воин буркнул:

– Лучше б ты сдохла.

– Здесь наши мнения не совпадают, дорогой мой, – ухмыльнулась я, показывая единственный клык.

– Не слушай его, Демон, – со смешком произнес второй. – Отличная работа. Оружие сдашь там же, где и получала.

Демон. Какая разница. Судя по Раэ, в каменном мешке можно гнить вечность. А вечности, как правило, безразлично твое имя.

Глава 6. Искус спасения

– Серая…

– М?

– Ты ведь много путешествовала, да?

Чакьяни упорно отказывается звать меня по имени. Мне, в общем-то, наплевать, но имя – все, что осталось.

А с вечностью я как-нибудь сама разберусь.

– Да.

– Скажи… в какой стране лучше жить?

Я удивленно посмотрела на нее. Глаза рыжей были закрыты, голова откинута назад – словно она разговаривала во сне.

– В любой. Где совьешь себе гнездо, там и будет хорошо.

– Но ведь люди-то разные. Какая-то страна беднее, какая-то богаче.