Игры миров

– Тогда верни прежний взгляд.

– Наложницы этого не могут, – повторила Эйлис. Ее щеки запылали, а душу охватило храброе безумие приговоренного к смерти. Все рушится. Все. Может, надо было смолчать, притвориться, но больше переступать через себя девушка не могла. Да и как можно «симулировать» искренний взгляд?? Дорогого ей стоило отказаться от своего воспитания и прежнего «я», согласиться с ролью сексуальной рабыни чужого, незнакомого поначалу мужчины, стать его и только его драгоценностью, отрекшись от привычных контактов с внешним миром.

Смириться с новой ролью и разглядеть в Лексе мужчину, истинно достойного стать ее повелителем, а потом, забыв о гордости, которая жгла изнутри, тыкая носом в реальность, поверить в то, что правитель Арона достоин любви и подарить ему свою душу.

Однако явление молодой соперницы разрушило все иллюзии. Сколь унизительно, когда любимый мужчина на глазах у других, выбирает не тебя, а молодую и по-настоящему прекрасную танцовщицу. Такого момента Эйлис никому не пожелала бы.

– На живой взгляд способна только живая женщина. – Она извернулась, пытаясь принять более удобную позу, на какое-то время между мужчиной и женщиной завязалась нешуточная борьба, но в итоге Эйлис обнаружила себя лежащей на спине, колено Лекса больно давило в грудь, одна его рука по-прежнему держала волосы, другая – схватила ошейник.

– И давно ты не боишься зверя? – Прорычал мужчина.

– Никогда. – Дышать удавалось с трудом. Эйлис несла полную чушь, нужно было снова подстроиться под своего «господина», но что-то пошло не так.

– Страх – это злое чувство. Если видишь во мне только наложницу – воля твоя. Но я живая. И я чувствую.

– Хочу увидеть твой страх.

О да… Дух Эйлис захватило от ужаса и необратимости падения, ведь Лекс может унизить ее как угодно. Кто заступится за беззащитную девушку в абсолютно чужом мире? Она и в своем-то была мало кому нужна.

– Страх ничего не вернет, господин. – Тихо, но твердо сказала Эйлис, слезы уже невозможно было удержать, они застилали глаза.

– Тогда я убью тебя. – По коже Лекса побежали голубые искры, они напоминали вставшую дыбом шерсть.

– Воля твоя. – В этот момент девушка, наверное, рада была бы умереть, столь большое горе и отчаянье овладели ей. Она понимала, что повела себя неправильно. Знала, что у Лекса бывают моменты безумства. Наверное, ошибка будет стоит ей жизни.

Мужчина резко отпустил волосы наложницы, голова упала вниз, золотой ошейник больно вжался в шею. Эйлис закрыла глаза.