Билет в Зазеркалье

 – Один из самых богатых людей страны – и в Кунцево!

Геннадий опасливо покосился на нее и вдруг произнес:

– Ты должна мне помочь, Нинка. У меня… неприятности…

– А я слышала – сын скоро родится! – ответила она. – Тебе, право, не угодишь…

Супруг, вырулив на большую улицу, заявил:

– Ладно, давай об этом не будем. Мы ведь уже давно стали чужими друг другу…

Он прав – стали. Но ведь когда-то все было иначе!

– У тебя – твоя жизнь, у меня – своя. Так что пытаться склеить то, что давно разбилось на мелкие кусочки, – нет смысла.

Он прав – разбилось. Только вот кто уронил то, что разбилось? Она сама? Геныч? Или…

Да и что разбилось – счастье, любовь, семейная жизнь?

Или…

Они какое-то время молчали, колеся по улицам. Наконец Инна сказала:

– Ну что же, колись! В чем дело? Какие такие неприятности у всемогущего и всесильного Геннадия Фарафонова? И какое имею к этому отношение я и мое крошечное неприбыльное издательство нишевого литературного журнала?

Муж вздохнул.

– Не иронизируй.

Кое-кто желает прибрать к рукам то, что принадлежит мне. Ну, тут же масса падальщиков, которые зарятся на чужое…

Например, и сам Геныч зарится на то, что принадлежит ей…

– И они с некоторых пор подбираются ко мне с разных концов. И один из этих подходов – это ты, Нинка.

– Да что ты? – произнесла иронично Инна, чувствуя, тем не менее, что ее начинает знобить. Потому что Геннадий был не из тех людей, которые паникуют понапрасну. Она подумала о том, что хорошо, что обе дочери сейчас не в Москве: старшая жила и работала в Сан-Франциско, младшая училась в Барселоне.

– Говорю же, Нинка, не иронизируй! Положение более чем серьезное. Да, каюсь, пытался тебя обвести вокруг пальца с этими договорами, но не для того, чтобы забрать у тебя то, что тебе и так причитается…

– Гм, Геныч, какой ты, надо сказать, щедрый…

– А для того, чтобы вывести тебя из-под удара! И можешь не улыбаться! Потому что тем, кто зарится на мой холдинг, гораздо проще идти не напролом, пытаясь подмять под себя меня, что им пока не по зубам, а расправившись с тобой, Нинка.

Потому что холдинг строили мы с тобой, ты являешься совладелицей многих пакетов акций, объектов недвижимости и даже предметов искусств.

– Да, как я о предметах искусства забыть-то могла! – посетовала Инна. – Это ты имеешь в виду пластиковую розовую елку, которую ты мне тогда с первых шальных денег купил?

Она пыталась шутить, однако чувствовала, что зуб на зуб не попадал.