Гордость и преступление

Хотите, провожу…

Его рука настырно лезла туда, где не должна была находиться ни при каких обстоятельствах, и Вика, отпихнув от себя нахального типа, холодно заявила:

– Благодарю, мне и в чистилище хорошо!

И вернулась обратно в ВИП-ложу, чтобы спустя две минуты пулей вылететь оттуда: очень приватное представление группы горячих стриптизеров, на которых к моменту ее появления не осталось практически ничего, набирало обороты, и взирать на то, как мамаша Ирины забывает правила хорошего тона, которых, как ни крути, никогда и не знала, было выше сил.

Пусть девочки развлекаются, если хотят, ханжой Вика не была. Виконт Фредди, вполне вероятно, тоже не слушал в это же самое время в ином подобном заведении, во время своего мальчишника, записи рождественских обращений королевы или фуги Иоганна Себастьяна Баха.

Однако ведь никто не может ее принудить присутствовать при этом!

Вика спустилась вниз, в ад, с большим трудом продралась вниз, к барной стойке, заказала один коктейль, получила другой, выпила его и заказала новый.

И поймала себя на том, что, держа бокал в руке, стоит так, чтобы видеть лестницу, по которой можно было из ада подняться в рай, минуя чистилище.

По этой лестнице поднялся Питер, который, как теперь было доказано, был представителем золотой молодежи и входил в близкий круг общения принца Джоки, являвшегося, как помнила наставления Ирины, вторым сыном наследника британской короны.

Никогда не увлекавшаяся подобными вещами (время она предпочитала тратить на что-то более стоящее), Вика извлекла мобильный, чтобы отыскать во Всемирной паутине информацию об этом самом принце Джоки, однако была вынуждена капитулировать, ибо сигнала вай-фая в аду не было.

Что же, ад полностью оправдывал свое название: звонка ни туда, ни оттуда последовать не могло.

После третьего коктейля Вика вдруг ощутила легкую тошноту и поняла, что ведет себя как последняя дура. Таращится на лестницу в ожидании бородача-аристократа, с которым столкнулась по время пробежки, как будто…

Как будто влюбилась в него!

И вдруг поняла – а ведь в самом деле влюбилась!

На улицу она прорвалась через все тот же черный ход, хотя это было и непросто, однако, на ее счастье, один из охранников запомнил ее, а ссылка на виконтессу Грейсток в аду в отличие от рая возымела воздействие, и ее выпустили в душную майскую ночь, отомкнув тяжеленную металлическую дверь.