Мертвые канарейки не поют

Молодой человек лихо взял с места, а Рита, неуверенно чувствуя себя на огромном кожаном сиденье, спросила:

– А кто будет на вашем семейном сабантуе?

Гоша, сверкнув изумрудными глазами, процитировал:

– «Семья-то большая, да два человека всего мужиков-то в ней: отец мой да я…»

И, объезжая огромную лужу, со смехом добавил:

– Ну, там что-то дальше про лес и топор дровосека… Кстати, у тебя такие классные предки! Ты вся в маму, такая же красавица…

Рита зарделась, Гоша своим низким голосом принялся сыпать комплиментами, и она сочла, что неудобно как-то снова задавать вопрос о том, кто будет на сабантуе, хотя она, по сути, так и не получила ответа.

Когда они выехали на загородное шоссе, Гоша осторожно коснулся рукой ладони Риты и пощекотал ее. Девушку словно током ударило, и она не смогла сдержать стон.

Усмехнувшись, Гоша произнес:

– Да, ты такая классная, Рита… Рита-Маргарита… Кстати, извини, что о грустном, но сегодня утром я расстался с Эльвирой по кличке Задница Гамадрила.

Так что я теперь вполне официально свободный человек.

Риту передернуло от фамильярности, переходившей в грубость, с какой Гоша вел речь о своей подруге, пусть и бывшей, и отменной стерве.

Но ведь любая стерва, даже самая жуткая, человек. И Эльвира по кличке Задница Гамадрила, как ни крути, тоже…

Запретив себе называть Эльвиру так даже в мыслях, Рита спросила:

– И как она это восприняла?

Гоша, продолжая гладить ее руку, ответил:

– Рыдала.

Потом, несмотря на присутствие младшего братишки Юрика, пыталась соблазнить меня. Бегала голой по квартире. Сначала, извини за откровенность, с пачкой презервативов, потом с открывашкой для консервов. Наконец, заперлась с оной в ванной, заявив, что перережет себе вены.

– И что потом? – произнесла обеспокоенно девушка, а молодой человек, сворачивая с шоссе куда-то в дачный массив, заявил:

– Потом я не знаю, потому что уехал.

Рита ужаснулась:

– А вдруг перережет?

Гоша, в голосе которого вдруг зазвенел металл, ответил:

– Такие, как Эльвира Задница Гамадрила, никогда не перерезают.

Перерезают другие. Ну, вот мы и подъезжаем…

И его рука вдруг, соскользнув ниже, плотно обхватила коленку девушки.

Рита не успела никак отреагировать, хотя, надо признаться, столь явное выражение симпатии, даже не симпатии, а сексуального интереса со стороны Гоши, не оставило ее равнодушной.