Отель сокровенных желаний

Но факт остается фактом: помер он именно здесь! И его смерть положила начало всем последующим смертям и исчезновениям в отеле! Как будто… Как будто вся эта бесовская аура, которая окружала старого князя, после его кончины радиоактивным облаком повисла в номере сто восемьдесят четыре!

Стивен крикнул:

– Если чертовщина и облюбовала этот номер, то не из-за того, что здесь умер старый князь, а потому что именно тут в последний день того злополучного года умер и сам Харитоша! И все пронизывавшие флюиды зла вытекли из его мертвого тела на пол этого номера и навсегда застряли здесь, творя кошмар и впредь! – И, торжествуя по поводу того, что последнее слово осталось за ним, пояснил: – Тридцать первого декабря тысяча девятьсот одиннадцатого года, когда в отеле царила предпраздничная суета, одна из горничных наткнулась на мертвое тело Харитоши.

Он, нестарый еще мужчина, отдал богу душу неведомо по какой причине. Причем в той же позе, с тем же остекленевшим взглядом и скрюченными пальцами, как и старый князь. И на том же самом месте! Прямо здесь!

Внезапно зазвонил телефон, который развеял атмосферу ужаса, наполнившую комнату. Прасагов вынул из кармана пальто мобильный и принял звонок:

– Алина, что? Ты в офисе? И чего хотят финны?

Князь Степа, подмигнув Ярославу, подошел к нему, подал руку и сказал:

– После этого долгого вступления – рад с вами познакомиться. Вы же тот подающий надежды архитектор, которому Миша намерен поручить восстановление «Петрополиса»? Что же, учтите, это ведь и мой отель тоже! Так что не допускайте ошибок, потому что еще до того, как вы получите по шапке от Миши или меня, вас покарает он, «Петрополис»! И его душа заключена именно здесь, в номере сто восемьдесят четыре!

Он снова топнул ногой, и дверь комнаты внезапно распахнулась.

Ярослав вздрогнул, ожидая всего, чего угодно: например, появления призраков старого князя или Харитона Прасагова.

Или этих двух противников – но в виде разлагающихся мерзких зомби.

Этому бы он, после жутковатой истории, изложенной двумя заклятыми врагами с двух разных позиций, ничуть не удивился.

Но – едва ли не к своему разочарованию – он лицезрел Жанну Хват, втолкнувшую в комнату невысокую, пестро одетую девицу с короткими лиловыми вихрами и многочисленным колечками в носу, губе и бровях.

– Ошивалась здесь и явно подслушивала, о чем вы беседуете! – мрачно произнесла Жанна.