Побег с Лазурного берега

Геллендорф попросил гостей в кабинет и приказал секретарше ни при каких обстоятельствах не беспокоить.

– Лиза Кречет? Дочь великого Леона Кречета? В моей клинике такой пациентки нет, – заявил Геллендорф и указал на архив. – Можете сами убедиться, господа. И вообще, если мне не изменяет память, Лиза Кречет считалась пропавшей без вести, но не так давно ее тело было прибито волнами к берегу. Могу ли я предложить вам кофе?

Один из полицейских занялся архивом, другой ответил:

– Вы правы, профессор, Лиза Кречет была похоронена около трех недель назад.

Но вы понимаете, что мы обязаны реагировать на любой звонок.

В дверь кабинета постучали. Профессор распахнул ее и гаркнул:

– Я же просил не беспокоить нас!

Санитар, который отвез Лизу в лабораторию, появился, держа за руку сутулую полную женщину с бессмысленным выражением лица.

– Профессор, – произнес он, – мы установили, кто звонил, – мадам Селаж.

Мадам пропищала:

– Да, это я звонила! Леон Кречет – мой любимый художник. Я читала о его дочери в газете! И мне захотелось стать ею! Бедняжка, она умерла такой молодой!

– Ах, наша дорогая мадам Селаж.

.. – отечески покачал головой профессор Геллендорф. – Право же, я не могу на вас сердиться. Мишель, отведите ее обратно в комнату!

Когда санитар и мадам скрылись, профессор пояснил:

– Мадам Селаж страдает врожденным слабоумием. До того, как ее доставили к нам в клинику, ее любимым занятием было звонить по телефону в разнообразные инстанции и представляться то английской королевой, то женой президента республики, то Девой Марией.

Разрешите вам показать ее историю болезни...

* * *

Лиза открыла глаза и несколько секунд была уверена, что ей привиделся ночной кошмар. Разъяренный профессор Геллендорф, бугай-санитар, полиция... И только потом девушка поняла, что все произошло с ней в действительности. Она вспомнила, кем является, и позвонила в полицию, и та приехала, чтобы освободить ее. Но где она находится?

Девушка потянулась и попыталась встать, однако у нее не получилось.

Она лежала на операционном столе, ее запястья и лодыжки были стянуты кожаными ремнями. С трудом приподняв голову, Лиза осмотрелась по сторонам – похоже, она в лаборатории: большое помещение заставлено столами и шкафами с колбами и пробирками, гудящими аппаратами и большими баками. Геллендорф ввел ей снотворное и запер в одном из подсобных помещений. Наверняка полиция уже приехала!

– Я здесь, помогите! – закричала изо всех сил Лиза.