Побег с Лазурного берега

 – Пожалуйста, освободите меня!

Десять минут спустя у нее заболело горло – на ее крики никто не откликался. Лиза почувствовала себя абсолютно беспомощной, поняв, что ее не слышно. Наверняка она находится сейчас под землей, в подвале, металлические двери и толстенные бетонные стены отделяют ее от кабинета профессора, в котором находятся полицейские. Профессор наверняка изобретет достоверное объяснение для звонка. Ее карточки в архиве нет, а значит, как пациентки ее не существует.

Что же она наделала! Своей выходкой она только ускорила собственную смерть! Лиза не сомневалась в том, что Геллендорф умертвит ее в полном соответствии с соглашением, которое заключено между ним и Анабеллой.

И произойдет это не в четверг, как он обещал, а сегодня. Возможно даже, сейчас...

Девушка попыталась освободиться, вырвать руку или хотя бы ногу из кожаной петли, но не смогла. В конце концов выдохлась и поняла: она не сможет ничего поделать. Ей остается только одно – смиренно ждать появления профессора и смерти. Получается, что Анабелла в очередной раз восторжествует – мачеха избавилась не только от мужа, получив все его миллионное состояние, но и от его настырной дочери.

Лиза прислушалась – до нее донеслись странные звуки. Так и есть, что-то скрипнуло, и она услышала шаги. Девушка, набрав в легкие воздуха, уже хрипло закричала:

– Я здесь! Помогите мне! Меня хотят убить! Не верьте им, они лгут!

– Неужели? – услышала она грубый голос и, приподняв голову, увидела ухмыляющегося санитара, того самого, что помогал профессору Геллендорфу.

Лиза завопила еще сильнее. Санитар подошел к ней и заявил: – Можешь не надрываться, полицейские только что уехали, вполне удовлетворенные объяснением, которое дал профессор. Тебя, дорогая моя, в природе не существует. Вернее, ты все еще имеешься, но это легко изменить!

Лиза с ужасом наблюдала за санитаром, который, подойдя к одному из столов, стал орудовать шприцем.

– Не убивайте меня, пожалуйста! – произнесла она жалобно. – Меня зовут Лиза Кречет, я – дочь известного художника.

Как только я окажусь на свободе, то выплачу вам любую сумму и помогу скрыться из Франции. Вы сможете начать новую жизнь богатым человеком!

Санитар, привлеченный ее словами, подошел к Лизе и спросил:

– И что, ты готова выплатить мне сто тысяч? Пятьсот тысяч? И даже миллион? Или подарить несколько картин из коллекции твоего папани, которые на аукционе продаются толстосумам?

– Все, что угодно, – ободренная интересом, заверила санитара Лиза.