Святой нимб и терновый венец

И увидела трехмерное изображение Антона. Ну и что?

Ученый увеличил силуэт правой ноги мумии и спросил:

– Вы ведь тоже видите это?

– Что я должна видеть? – удивилась Элька.

Подскочивший к ней Ульрих Кеплерс простонал:

– Да вот же! Как же мы не заметили!

– Вполне естественно, – ответствовал Клостермайер, – во-первых, мумия лежит на правом боку, во-вторых, предмет скрыт одеждой.

Элька долго пялилась в монитор и наконец сообразила:

– Ага, теперь понимаю, что вы имеете в виду. У нашей мумии на ноге имеется какая-то опухоль.

Или, вернее, нарост.

– Не опухоль или нарост, а некий привязанный к телу предмет! – поправил ее, волнуясь, профессор Кеплерс. – Сейчас мы узнаем, что это такое...

Мумию извлекли из томографа и осторожно перевернули. После различных ухищрений только через сорок минут в руках профессора Кеплерса оказалось нечто, напоминавшее жезл.

– Это же чистое золото! – воскликнула Элька.

– Не сомневаюсь в этом, – ответил горделиво Кеплерс и потряс находку.

– Осторожнее! – предупредил его Клостермайер и взял золотую трубку в руки.

Затем и Элька рассмотрела ее. Она была покрыта письменами, но не латинскими буквами, а совершенно иными. Изучив надписи, профессор Клостермайер заявил:

– Очень похоже на древнеаравийский язык. Причем уверен, что этот предмет намного старше, чем сама мумия. Подобные драгоценные чехлы из металла использовали в Древнем Риме для хранения рукописей.

Ульрих Кеплерс, услышав его слова, подскочил и прошептал:

– Но как у Антона оказался золотой тубус?

– Если мы узнаем, что в нем находится, то, вероятно, сумеем найти ответ на ваш вопрос, – сказал Клостермайер.

 – Знаете, какая у меня мелькнула мысль? Наш Антон находился в здешних краях с особой миссией, и она заключалась в том, что он должен был доставить некое послание.

– Очень может быть, – кивнул Ульрих Кеплерс. – Причем оно имело большую ценность, иначе для чего послание поместили в старинный золотой чехол... Антон был гонцом, как же я сам не догадался! Времена тогда были неспокойные, убивали не только ради золотого тубуса – из-за пары медяков.

Поэтому Антон и спрятал чехол под одеждой, прикрепив при помощи кожаных ремней к ноге.

– Вы обратили внимание, профессор, что Антон был одет намеренно неброско? – продолжил размышления Клостермайер. – А ведь у него в кошельке имелось небольшое состояние, золотой же чехол вообще цены не имеет! Я прямо-таки горю от нетерпения...