Знак свыше

Рыжик перевел дух – поверила!

– Отчего скончался Жнец? – спросил Егор, и докторша вздохнула:

– Инфаркт! Я много раз советовала ему следить за здоровьем и за режимом питания, но он был упрям! И вот результат этого упрямства!

– Бориса Борисовича будут вскрывать у вас? – спросил Егор, на что получил ответ:

– Ах, это совершенно бестактная шутка, запущенная когда-то самим Борисом Борисовичем! Нет, ни у нас, ни где бы то ни было еще. Вдова Бориса Борисовича отказалась от вскрытия. Я убедила ее, что для этого нет ни малейшей причины!

– Но ведь причина смерти может быть иная… – начал Егор, а докторша ответила:

– Да, не исключено, что это был не инфаркт, а инсульт! Но какая, собственно, разница для близких покойного! А зачем, позвольте полюбопытствовать, вам требуются результаты вскрытия Дергушинского?

– Тайна следствия! – ответил важно Олег, и докторша, понимающе кивнув, вышла из кабинета.

Она вернулась минут через пять и подала Егору тонкую папку в прозрачном переплете. Егор раскрыл ее, пролистал, вчитался, а затем удивленно посмотрел на докторшу:

– Но здесь ни слова о токсине, парализовавшем Дергушинского! И о следе инъекции в коленном сгибе!

Мегера в изумлении вскинула выщипанные брови и спросила:

– О чем это вы? Какой токсин, какая инъекция? Никаких следов инъекции обнаружено не было!

– Кто подписал протокол вскрытия? – Егор посмотрел на последнюю страницу и онемел.

Он увидел подпись Бориса Борисовича! Но как же так, Жнец ведь придерживался иного мнения касательно кончины Дергушинского. И намеревался изложить это в протоколе! Но именно этого и не произошло!

– Подписал его тот, кто производил вскрытие! – протянула докторша. – То есть сам Борис Борисович! Или вам что-то не нравится?

Да, Егору не нравился – сладковато-гнилостный, как запах тления, тон докторши. Он был уверен, что Жнец никогда бы не подписал подобного протокола вскрытия.

– Подпись у Бориса Борисовича была очень простая, закорючка, и все! – сказал задумчиво Егор.

Стрела попала в цель, глаза докторши за причудливой оправой сузились, ноздри затрепетали.

Мегера испугалась, да еще как!

– На что это вы намекаете? У вас есть основания считать, что протокол вскрытия подделан? Кем?

Егор молчал. Докторша поднялась с кресла и, указывая на дверь, заявила:

– Прошу вас покинуть нашу больницу! Потому что ваши подозрения нелепы и чудовищны! Вы оскорбляете память покойного!

– А что, если провести повторное вскрытие? – произнес Егор.