Светя другим – сгораю

 – И это нормально. Это естественный рабочий процесс.

– Да споры спорами, бог с ними, – махнул рукой отец. – Но ведь иногда до споров даже не доходит. Ты просто делаешь то, что хочешь, ни с кем не подумав что-либо обсудить.

– Я делаю не то, что хочу, а то, что надо. И обычно мне хватает опыта, чтобы разобраться самостоятельно.

– А что за история с пациентом без страховки? – спросил отец прямо. – Ваша больница отказала ему в обслуживании. Так чего ты полез его лечить?

– Это был молодой парень, иммигрант, которому дали ночью по голове, – ответил Матвей.

 – Стоило хотя бы убедиться, что ему не нужна операция. Всего-то сделать КТ и замотать голову бинтами. Я не понимаю, какие ко мне могут быть вопросы? Я всё оплатил.

Папа снова притянул к себе чашку, но не пил, а только стучал по ней подушечками пальцев.

– Сын, ты знаешь, я не жадный человек. И ты не жадный человек. Но всех за свой счёт не вылечишь. Если пациенту вашей больнице по какой-то причине отказывают в обслуживании, тебе не за чем идти наперекор начальству.

– Приказа не прикасаться к нему или дать ему умереть не было. Так что ничью волю я не нарушил.

– Матвей, – выдохнул папа, потерев переносицу за очками. – О чём ты говоришь? Никто не хотел, чтобы он умер. Я о другом. Ты многого добился за эти пять лет. И заметно выдвинулся. Но это не значит, что пришло время своевольничать.

– Если я там чего-то и добился, – сказал Матвей, чувствуя, что разговор пора прекращать, – то как раз за счёт своей самостоятельности и умения нести ответственность.

Я не рискую жизнями пациентов, не красуюсь и не корчу из себя героя. Но если надо помочь – помогаю.

– Матвей, ты ведь всегда был неконфликтным и благоразумным. Вот и сейчас, переходя на новое место, пожалуйста, думай о том, что идёт на пользу твоей карьере, а что нет.

Матвей молчал.

Почему отец решил, что он уже согласился на новое место? Матвей ведь ясно сказал – взял отпуск, чтобы подумать. Да отец, наверное, и не слышал этого. У него в голове карьера сына расписана до самой пенсии.

– Споры с начальством – последнее дело, – продолжал папа. – В них всегда останешься дураком, как бы ни был прав. Конечно, ты теперь врач, хирург, тебя унижает, когда кто-то пытается командовать, но пока ты сам не станешь заведующим, придётся с этим мириться.

Матвей поднялся. Почти полная кружка кофе отправилась в раковину.

– Пойду бегать.

– А вот это правильно, – сказал папа. – Который там час, кстати? У-у-у.