Светя другим – сгораю

Она, конечно, ни за что не согласится на поздний ужин в чужой постели, но с её способностью влипать в приключения…

И вдруг Матвей получил сообщение с неизвестного номера: «Мой телефон на дне морском. Почему я родилась такой недотёпой?! Буду звонить, как смогу. Люблю».

Перезвонил, но телефон уже выключили. Вечером Алика позвонила с другого номера, рассказала, как хотела сделать фотографию с пирса и уронила телефон в воду.

– Теперь мы не сможем общаться по ночам, – сказала она. – Но не расстраивайся, прошу тебя.

Через четыре дня я уже приеду домой. А пока буду одалживать у кого-нибудь телефон и звонить по вечерам. Скажи, пожалуйста, Лене, что со мной всё хорошо.

Матвей предложил купить новый телефон, но Алика решила сначала вернуться в Москву.

Выходные прошли пустыми, время тянулось, раздражало. Матвею казалось, что он тратит его не на то, чем бы ни занимался. Чтобы окончательно не сойти с ума он решил навестить тётю и брата Алики. Купил Пашкин любимый торт и Ленины любимые пирожные и пришёл к ним без приглашения.

Они допоздна пили на кухне чай и вино, смеялись и все вместе поговорили с Аликой, когда она позвонила.

Матвея это воодушевило, и по дороге домой он решил подарить Алике новый телефон, сразу как она вернётся. Точно! Только нужно будет выбрать что-нибудь приличное и поймать отца, чтобы попросить денег.

На пятый день своего одиночества Матвей засунул в сумку белый халат, выпил кофе и поехал в морг.

Он осознал, куда попал, только у входа, уходящего на три ступени вниз и как будто вглубь здания и обозначенного тёмным коротким козырьком.

Студенты в белых халатах разбрелись по двору стайками. Девчонки с зеленеющими под косметикой лицами старались держаться уверенно и не смотреть на табличку с названием у двери. Ребята курили, негромко переговаривались и слабо улыбались шуткам, ставшим вдруг невинными.

Внутрь вошли молча, по кафельному коридору разносился лишь шум смешавшихся шагов. Пахло хлоркой, холодом и – пока ещё совсем немного – формалином.

У Матвея пересохло в горле. Зря не купил по дороге бутылку воды.

Запах формалина усиливался, вытесняя из помещения воздух. Становилось душно, что странно, ведь морг сам по себе большой холодильник.

По одному студенты зашли в просторную секционную, где прямо посередине стояли три стола для вскрытий. На центральном и том, что дальше от входа, студентов-медиков ждало нечто, накрытое белым полотном.

Формалином несло нестерпимо.