Возмездие. Серия книг «Первый после Бога». Книга вторая

Дзе начали переходить на личности.

– Так! – главнокомандующий стукнул ладонями по столу. – Я прошу вас, ребята, не забывать: во время заседания правительства действуют законы военного положения, что возлагает на вас всю ответственность за несоблюдение субординации. Обсудить личные дела или претензии вы можете снаружи. У нас полно располагающих к этому парков, там можно говорить на любые темы. Помимо этого, для особо буйных, – Энтинус бросил взгляд на Протея, – круглосуточно открыта арена для дуэлей, где можно решить любой вопрос силой.

Я решил: мы не будем вмешиваться в жизнь планеты. Пока что. Продолжаем наблюдение. На этом всё.

Энтинус покинул помещение, чувствуя спиной недовольные взгляды подчинённых.

***

Норенс:

Зверь несётся во весь опор, буквально парит над землёй. Вчера, под вечер, я свалился без сил. Какой из меня после этого может быть защитник? Слабость непростительна! Всего сутки в седле, а уже обморок.

Плохо помню, что происходило после, только обрывки: лиса сумела остановить Грегора, придержала меня, аккуратно спустив на землю, поставила палатку и развела костёр.

Она такая умница, такая хозяйственная!

Когда я уже лежал, укрытый одеялом, которое нам выдал Гатрос, Алера пристроилась рядом и заурчала. Заснуть в такой чарующей обстановке – мечта любого мужчины.

И вот, преисполненный новых сил, энергии и стремлений, я гоню дракона вперёд. Мы пронеслись мимо разрушенной деревни. На неё словно налетел ураган. Занятые разбором завалов крестьяне нас не заметили.

У меня плохое предчувствие. Алера тоже чувствует неладное, поскольку впилась мне в бока ногтями. Когтями? Впереди что-то жуткое.

Я с такой силой вцепился в поводья, что у меня побелели костяшки пальцев. Свернуть? Нет, отступать некуда. Решил: делай, иначе я никогда больше не смогу считать себя мужчиной, защитником.

Смешно становится. Разве я когда-нибудь защищал офицера Россу? Вытащить меч и броситься на врага, а в следующий миг проиграть – не считается.

Я таскался за этой девочкой, как не пришей кобыле хвост, как обуза.

Хватит! Такие мысли делу не помогут! Надо собраться!

Вскоре мне в нос ударил тошнотворный металлический запах крови. Впереди виднелись тела. Выпотрошенные. Растерзанные. Они остывали, исходя паром.

Грегор остановился. Идти дальше его заставить было невозможно. Из-за перевёрнутой телеги вышел мужчина. Моё сердце ахнуло, единой алой каплей сорвавшись вниз. Спина покрылась холодным потом.