Точка сингулярности

Теща поохала, поахала, но даже валокордина пить не стала – чего уж теперь! Дело прошлое, слава Богу закончилось все. В суд даже она обращаться не советовала, хотя и была человеком, безусловно, старой закалки. Но, как показывает практика, после перестройки годочков пять в России поживешь – и от любой закалки ни шиша не останется, только глубоко запрятанный страх, да безразличие к чужим проблемам. Не трогают тебя, и радуйся, а уж на помощь – надеяться забудь. Конечно, всех подробностей Вере Афанасьевне не изложили.

То, что про Меукова, ее вообще никак не касалось – и раньше и теперь, а про местных бандитов, которые зарвались и были сурово наказаны, сообщить пришлось. Жутковатая история для пожилого человека, но что поделать, среди них, пожилых, местные новости, быстрее, чем среди молодежи распространяются, все равно ведь узнает, так уж лучше поначалу самим, в семейном кругу обсудить. Еще раз теща поохала-поахала. Но зато лишь яснее сделалось, что в суд подавать не только не за чем, но и не на кого.

Начались трудовые будни. В «Ниву» при сложенном заднем сидении влезало до семидесяти полновесных пачек, правда, при этом на поворотах подкрылки начинали чиркать по колесам, но все равно здорово – «Москвич» никогда больше пятидесяти пачек не тянул, да и сорок грузить в него было уже страшно. На грузоподъемность и ходовые качества удар никак не повлиял, а что касается товарного вида, Валька Бурцев со товарищи сделал все, что мог и даже немного больше.

И за что он так проникся к прижимистому Редькину? Некоторый свет на эту загадку пролил сам Бурцев, когда они расставались. Руку пожал, улыбнулся:

– Ну, дорогу теперь знаешь, приезжай еще. И дай Бог, чтобы только на замену колодок и масла! – а потом вдруг добавил, словно все время не решался, а теперь, при последнем разговоре – уже деваться некуда: – Слушай, Тимка, а ты не знаешь такого человека по имени Давид Маревич?

Тимофей напряг извилины, на раз не вспомнил и решил уточнить:

– А он кто?

– Журналист, – сказал Валька, – бизнесмен, вроде даже писатель, в общем из ваших кругов – это точно.

На сервисе Бурцева любили клиентов из мира творческой интеллигенции, со вниманием выслушивали всякие байки о знаменитостях, задавали массу вопросов, пытались понять, чем живут люди искусства, изобретали всем клички, которые, поизносились с теплотой и гордостью.