Андэ. Огонь, свет, жизнь

Сумрачный кабинет, отливающее оранжевым небо, напряжённо застывшая фигура в пламени волос.

– А по-человечески ты не мог? Встретить, объяснить, попросить помощи? Или это отличительная черта Деона – сдохнуть, но гордо?

– И ты бы согласилась? Вся жизнь к чёрту! Одно дело – ах, ах, Деон, закрытая страна, как интересно! Другое – ты теперь одна из нас. Глаза уже цвет меняют.

Вскакиваю в ужасе.

– Где зеркало?

Дэйн проводит рукой в воздухе: из ничего возникает зеркальная поверхность, застывает в риене от меня.

Мамочка родная! Волосы порыжели, кожа отливает бронзой, в синеве глаз светятся золотые искры.

– Скотина ты деонская! Гад самоуверенный!

Подлетаю и со всей силы влепляю пощёчину. Аж звон раздаётся. Дэйн даже не пытается отстраниться.

– Странные создания женщины. Потерю мира ты перенесла относительно спокойно, а перемены во внешности вызвали истерику. Лика, по мне, ты стала ещё красивее.

Последняя фраза заставляет меня замереть с поднятой рукой.

– Ну ты и наглец! У тебя вообще совесть есть?

– Совесть у адэна? Не смеши.

Отпала за ненадобностью невесть в каком поколении.

Опять смотрю в зеркало. Этот нахал прав. Яркие краски преобразили мою заурядную внешность. Теперь Вирт не назвал бы меня просто миленькой. Вирт…

– Дэйн, а что ты скажешь Совету Домов? Послу Ариза? Моим соотечественникам?

– Придумаю что-нибудь. Послу скажу правду. Барт отличный парень, хоть и аризец, он умеет держать язык за зубами. Ты разозлилась из-за своего блондинчика?

– Из-за человека, в которого давно и безнадёжно влюблена.

Я надеялась, что эта поездка сблизит нас. И тут… ты!

– Он тебя не любит, – равнодушно замечает Дэйн.

– Много ты понимаешь! Сам-то хоть раз любил?

– Любовь – это бесполезное и бессмысленное чувство, которое адэну только мешает. Ставить интересы одного человека выше интересов мира – непозволительно.

– Лучше бы я послушала Сэртилайра, – вырывается у меня. – Нет, попёрлась за мечтой!

– У тебя в гостях был Сэрт? – Дэйн морщится. – Что, отговаривал ехать?

– Просил остаться в Аризе.

– Сэрт глуп. Слушает главу своего Дома и верит, что мир прекрасен. – Непередаваемая гримаса. – Подумаешь, от Деона осталась одна тысячная доля пригодной для проживания земли, и та под силовыми барьерами. Зато его Дом Лайр – первый по численности.

Зеркало тает в воздухе.

– Многие в Деоне довольны своим положением, Лика.

– Но не ты?

– Но не я.

Хмыкаю. А он тоже мог бы жить припеваючи – адэн как-никак.