Точка невозврата. Выбор

? О, кексики!

– Нет, ? грубо ответил Рене. ? Это чья-то самодеятельность.

Старик, который уже успел откусить кусочек праздничного лакомства, поднял полные непонимания глаза.

– На мой взгляд это очень милый жест. Ну же, улыбнись. Девочка, как мне кажется, сделала это от чистого сердца.

– Нам надо работать, ? недовольно покачал головой Рене.

Ротгер же пожал плечами и вернул салфетку на место.

– Как хочешь, но кексик просто изумительный. Попробуй!

Рене только фыркнул в ответ. Ёлка, апельсиновый кекс ? это всё, конечно, хорошо, но зачем?

Он и забыл, когда в последний раз вот так праздновал приход нового года.

Обычно ему компанию составляли бутылка хорошего бренди и утреннее похмелье. Определённо, когда девочка придёт в следующий раз, надо ей объяснить, что всё это лишнее.

При этом Рене было крайне любопытно: зачем она это приготовила? Если как знак внимания, то выглядело всё очень по-детски, а если нет… Тогда что ? благодарность?

Они закончили разбирать документы, едва сгустились первые сумерки.

Больше ничего нового не произошло. Рене проводил старика до площади, где и расстались.

– Ты всё-таки подумай насчёт завтра. Моя Синтия будет рада гостям.

Он в очередной раз отказался от приглашения.

Рене неспешно отправился в обратный путь вдоль лавок, с интересом разглядывая лотки и удивляясь людской изобретательности, когда дело касается Бейтрина.

В этот праздник лавочники не жалели ламп, чтобы осветить свои витрины. Вот в магазинчике тканей поместили манекен и разложили вокруг ткань.

Она ложилась мягкими складками, и казалось, что потоки воды ниспадают вдоль стройного тела. У ног застыло кружево пены. Ледяное великолепие скульптуры – вот что это было. Искусно раскрашенное лицо манекена смотрело на мир надменно, зная, что её красота недостижима простым смертным женщинам. Платиновые кудри разметались по обнажённым плечам, волны кружев и шёлка едва прикрывали наготу на грани приличия. Казалось, ещё мгновение, и она спустится со своего постамента в эту земную грязную жизнь. Спустится и с упрёком посмотрит Рене в глаза.

Рене смахнул наваждение. Не нужно ворошить прошлое ? кроме боли и разочарований, оно ничего не принесёт.

Он продолжил свой путь дальше. Кондитерские, магазинчики готовой одежды, булочные, мясные лавки и даже сапожники, ? все поддались общему безумию, соревнуясь за самую яркую и несуразную обёртку своих товаров. Выкрашенные в яркие краски лампочки раскрасили ночные улицы в десятки всевозможных цветов.