Вена

Склон сменился пологим подъёмом, заросли лиственницы шумели на ветру, и дети развалились на траве, отдыхая. Орёл-могильник пролетел над ними, почти срезая верхушки деревьев крылом. Лежать было приятно, солнце только-только встало и не успело пока разогнать ночную прохладу.

– Погнали дальше, надо вернуться до четырёх, я обещала бабуле до электрички сходить, – Маша поднялась, отряхивая джинсы.

– Зачем до электрички? – лениво спросил брат.

– Тётя Таня сегодня дежурит, обещалась передать нам продукты из магазина.

Бабушка нам шоколадок заказала! С миндалём!

– Тогда пошли, чего встала? Не успеем ещё! Она потом только через три дня на смене будет!

Бабушка отличалась старомодными взглядами на воспитание детей, что означало отсутствие всяких современных вкусностей в доме, помимо прочего. Родители Маши, в особенности мама, регулярно тестирующая различные диеты, одобряли подобный подход, считая, что ребенку необходимо «отдыхать» от вредной пищи, вроде чипсов и конфет, и «проводить детокс» от интернета и гаджетов.

Так что внезапный порыв бабули купить внукам сладкого был горячо поддержан. В особенности радовался Никита, которому вредные, и потому крайне желанные вкусняшки доставались куда реже, чем сестре.

Быстро шагая через редкий светлый лес, дети отмахали два километра. Лиственный лес сменился сосновым, тёмным и неуютным. К тому же набежали тучи, и под кронами высоких елей и сосен стало сумрачно.

Первая ветка железной дороги попалась ребятам неожиданно.

Ржавые рельсы внезапно возникли под ногами, и Маша чуть не споткнулась. Хвоя покрыла шпалы полностью, старая железная дорога едва виднелась, теряясь в гуще леса с обеих сторон.

– Нам дальше, – непреклонно заявил Никита сестре, которая собралась идти вдоль рельсов.

– Почему мы должны скрывать, что ходили сюда? – спросила девочка и перескочила на другой рельс. Дети двинулись дальше, удаляясь от железной дороги.

– Потому! – важно ответил брат.

 – Здесь люди пропадают. Их утаскивает чёрный машинист на чёрном тепловозе.

– Да ладно, гонишь… – неуверенно произнесла Маша и обернулась на ржавые рельсы. – По этой дороге давно никто не ездит, ржавчина не стёрта, – нашла она объяснение.

С превосходством старшего Никита свысока взглянул на неё и страшным голосом сказал:

– Поэтому мы идём к той самой железной дороге! Она проходит в чаще леса, на ней стоят заброшенные вагоны.