Охота на цибилара

Из большой звёздной энциклопедии Эрвис узнал, что в систему Редола входят двенадцать планет. Самая крупная из них достигает в диаметре около 97 тысяч километров, а самая маленькая – не превышает 4 тысячи километров.

Гуриан являлся сравнительно небольшой планетой с кислородно-азотной атмосферой, более-менее подходящей для человеческого дыхания и слегка пониженной гравитацией, что могло заметно облегчить передвижение по его поверхности. Климат, в основном, тропический и субтропический, с высокой влажностью и температурой.

Почти вся суша на Гуриане покрыта густыми заболоченными лесами, в которых водится огромное количество разнообразной живности и три типа местных аборигенов, живущих на уровне каменного века.

Встречаться с кем-либо из них Рону совершенно не хотелось, но так выходило, что цибилары обитают как раз в тех районах планеты, где больше всего дикарских поселений. Похоже, в своё время гурианцы специально там расселились, чтобы находиться поближе к священным животным.

Именно это и делало охоту на «золотого зверя» гораздо опаснее, чем она может быть при других обстоятельствах.

К тому времени, когда зеленоватый полумесяц Гуриана стал отчётливо виден на обзорном стереоэкране, «Ловчий» уже успел намотать не один круг по звёздной системе Редола, и его скорость упала до того минимума, при котором допустимо выходить на планетарную орбиту.

Вся бортовая электроника по-прежнему работала нормально. И как только автопилот получил от Эрвиса новые указания, он безукоризненно выполнил возложенное на него поручение.

А поскольку болтаться на орбите Гуриана в ожидании патрульного спутника Рон не намеревался, он дал задание компьютеру как можно быстрее и аккуратнее совершить посадку в той точке планеты, которая была им выбрана на трёхмерной географической карте.

– Внимание, господин Эрвис. Через пять секунд будет включена система экстренного торможения, – сказал автопилот, когда до Гуриана оставалось не больше 100 тысяч километров.

 – Приготовьтесь к перегрузке в семь с половиной единиц.

Испытание на прочность живой и неживой материи продолжалось не менее получаса, и Эрвис невольно подумал о том, что стало бы с его мозгами и внутренностями, если бы космический катер тормозил не постепенно, а моментально, как писали о подобных манёврах некоторые фантазёры прошлых веков. Наверняка всё жидкое содержимое его организма уже давно стекло бы из кресла на пол, и это было бы очень забавно.