Восьмое измерение. Лимб

Расскажешь мне о Лимбе и проконсультируешь по некоторым вопросам. Погляжу, ты парень опытный, как никак «шестой ранг».

Ответ Орты прозвучал настолько уважительно и неожиданно, что его собеседники не поверили ни одному слову, сомневаясь в безвредности предлагаемого ещё сильнее, чем раньше.

– Вопросы не будут касаться третьих лиц, и потом ты мне ничего не должен, – пообещал Орта.

– Так! Давай разберёмся. Высший предлагает мне выпить, вдвоём, в обычной таверне для людей, чтобы расспросить о мире? – недоумевая и даже не скрывая удивления, сказал Бал.

 – И за это ты готов оплатить мне ремонт брони, двести монет. Золотом, а не серебром. Понимаешь, да? Без подписания контракта на деньги, – Бал не мог упустить такую возможность, а потому вопросы риска и гордости отпали очень быстро. – И к полуночи я свободен?!

Кузнец не знал уже, что и думать. Ленард не был злым по натуре, просто в Лимбе большинство Высших были слишком горды и не уважали людей, если не презирали. Всё началось очень давно, у истоков этого мира, с появлением ордена Менталистов или Мыслителей, как они себя называли.

Со временем это объединение Высших ушло с политической арены, но укрепилось и сильно выросло, превзойдя своим влиянием и силой Императорскую семью людей. Объединённые самой судьбой и войной, расы, неразделимые, но слишком разные, хотя союз просуществовал уже не одно тысячелетие, жили как-то при всех издержках и недостатках, пусть даже и не совсем в согласии, особо не жалуясь.

– Всё верно! – подтвердил Орта.

– Вот не пойму, ты психопат обычный или мой новый лучший друг? – сказал Бал и добавил задумчиво: – Не думал, что бывают такие Высшие. – Потом спохватился и оглянулся на Ленарда: – Не в обиду тебе сказано. Но с ним явно что-то не так, я ведь вижу, даже ты удивлён, хотя повидал поболее других. – И уже про себя решил: – «С другой стороны, у него полным-полно денег. Он бы пригодился нам в рейде, а может, и в клане».

– Что касается твоего вопроса, я бы выбрал второе, – сказал Орта, а потом с улыбкой добавил: – Хотя и первое, увы, уверенно опровергнуть не могу.

Бал тоже улыбнулся, шкурный интерес брал своё. К тому же он впервые слышал от Высшего своевременно и в духе самого Бала произнесённую шутку. Обычно они юморили иначе, по-своему. И всё это лишь усугубляло в глазах Паладина исключительность странного Высшего и выделяло его из расы.

В целом Бал определился:

– Ну, давай попробуем, я согласен.