Мабута

Кто смотрел фильм Неуловимые Мстители, помнит Яшку Цыгана. Вот это и есть Верёвкин. Один в один! Только лысый. Потом у него отросли волосы! Кудри чёрные, естественно! Родом он из Горького и вчера подбивал своих земляков не давать себя в обиду. Сержант Гурешидзе, один из командиров отделения карантина, хотел исправить ему осанку и ударил в грудь кулаком. Гоша ответил сразу. Пара горьковчан тоже заскочила в каптерку, куда сержанты уволокли Верёвкина. После пятиминутного грохота, дверь открылась. Вышли потрепанные сержанты и новобранцы с отметинами на лице.

Грузины узнали, что есть такой город – Горький. Горьковчане узнали, что Авто это не машина, а уменьшенное имя сержанта. Его звали Автондил.

– Запишусь в сержантскую учебку, стану сержантом и буду изводить этих чернозадых! – Гоша белозубо оскалился.

Костя увидел там прореху.

– Ну, да! Зуб тоже выбили, суки! – Верёвкин сплюнул.

– Взвод! Строиться! Бегом марш!

Со стонами, вздохами, зелёная гусеница двинулась в обратный путь.

Впереди, им навстречу бежала новая группа жаждущих омовения.

– Костян! Карась! Ура! Мы здесь!

– Тебя что ли? – Гоша толкнул Карася и показал на троих лысых парней машущих полотенцами.

Когда группы поравнялись, Костя увидел своих товарищей, которые оставались в Татлах.

– Вперёд! Не тормозить!

Пока Костя бежал, он лихорадочно думал: «Как это? Откуда?» Они появились сами к обеду. Оказалось, что их часть прикомандирована к части, где служил Карась. У них одна столовая, один клуб, их штаб через стенку, а заборов тут нет!

– Живём! Хоть видеться будем! – Джон обнимал кореша и тискал его, так как будто сто лет не видел

– Слушай, Костян! Я тут узнал, через неделю присяга! А потом будут на учёбу посылать! Просись хоть куда! Я в учебку сержантскую хочу.

Главное уехать отсюда и вернуться с профессией военной. Иначе – лопата! К гадалке не ходи!

До присяги еще нужно было дожить. Карась богатырской мощью не обладал,

«ростовской диаспоры» не имел.

Нарвался сразу же после занятий. В коридоре казармы не пропустил вперед двух близнецов туркменов. Два одинаковых степняка, на полторы головы выше его, грозно уставились на Костю сверху вниз.

– Ти, чито? Борызый? – коверкая русский язык, сплюнул презрительно один из братьев.

– Ни-ет! Она бесстрашный! Куда прёшь, ты, что юрты попутал? – прошипел второй. Они сдвинули плечи.

– Айда, пошили выйдем!

Ну, да! Выйдем и больше не зайдем.