Не потерять человека

А почему вы об этом спрашиваете, Елена Константиновна?

– Да так, просто показалось любопытным… Чаплицкого я знала когда-то, во времена незапамятные…

Лена плотнее запахнула шубку и раскрыла книгу, пододвинув ее поближе к свече…

Скрипя сапогами по плотно слежавшемуся снегу, Чаплицкий и ротмистр Берс направились из старого архангельского порта через задворки Саломбалы в город. Берс натужно кашлял, на ходу задыхался.

– Я, кажется, совсем разболелся, – пожаловался он Чаплицкому.

Думая о чем-то своем, Чаплицкий пробормотал:

– Терпите, Берс, терпите.

Берс, покосившись на Чаплицкого, сказал с неуверенным смешком:

– Когда вы так говорите, дорогой друг, я начинаю думать, что вы пропишете мне порошок Бертоле.

Чаплицкий удивился:

– Порошок Бертоле?

– Ну да! Лучшее успокаивающее средство – это сухой черный порошок.

Чаплицкий засмеялся:

– У вас действительно не в порядке нервы. Я собираюсь лечить вас проверенными народными средствами.

– Прекрасно! В учении Заратустры соискатель на лекарское звание должен был вначале вылечить трех пациентов из низшей касты – врагов Агура-Мазды…

– Эту ступень я одолел давным-давно, – скромно сказал Чаплицкий. – А дальше что?

– Только после этого лекарь мог практиковать и в высшей касте – среди друзей Агура-Мазды…

Чаплицкий молча слушал. Остановившись, чтобы прокашляться, Берс воздел палец:

– Не забывайте, что по своему положению и происхождению я друг Агура-Мазды!

Чаплицкий ухмыльнулся:

– По своему положению вы беглый белогвардеец и враг революции.

Они двинулись дальше, и Чаплицкий продолжил:

– Поэтому…

– Стой! Кто идет? – И вместе с криком прямо перед ними из темноты вырос патруль: солдат с винтовкой наперевес и мужик в сером драном азяме.

У мужика в руках было старое охотничье ружье. Он вгляделся в путников и требовательно спросил:

– Пароль?

Чаплицкий, отодвигая назад Берса, выступил вперед:

– Знамя! Свои, товарищи!

Солдат кивнул, и Чаплицкий быстро сказал:

– Мы из ЧК.

Солдат задумался:

– В белом платке? Баба?.. Чегой-то не видали. А вы пропуск свой мне все-таки покажьте. Не обижайтесь, граждане чекисты, время как-никак военное…

Чаплицкий простецки засмеялся:

– А чего ж обижаться? Наоборот, хвалю за революционную бдительность.