Не потерять человека

Изредка, порывами налетал ветер и трепал на высокой круглой тумбе обрывок давнишней афиши.

Лена мельком взглянула на нее и остановилась:

– О господи!.. Вы прочтите только, Николай Павлович!

На остатке афиши можно было прочесть объявление, напечатанное замысловатыми готическими буквами:

«…ОГРАММА ВЫСТУПЛЕНИЯ: ОБРЕЗ РУКИ ИЛИ ОТРЕЗ ГОЛОВЫ, С КРОВОТЕЧЕНИЕМ, НО НЕ НАСМЕРТЬ!»

Шестаков расхохотался:

– Вот бы вашим слушателям, Леночка, предложить такую программу!

Лена с улыбкой сказала:

– Как раз этим их не удивишь.

Но во многих вещах они как дети…

– Да, – согласился Шестаков. – Однако заметьте, что они все-таки сделали то, что не удалось Пугачеву. В их соображениях по тактике войны с царизмом – огромный собственный опыт. И поражений, и побед.

– А у меня нет никакого опыта, – грустно отозвалась Лена. – Вернее, мой опыт никому – да и мне самой – не нужен. И научить ничему не может.

– У вас зато есть замечательной силы характер, – снова засмеялся Шестаков.

Лена замахала на него руками:

– Какой там характер! Я держусь, как могу, чтобы не видно было моего страха. Я так вам завидую…

– Мне? – удивился Шестаков.

– Вы такой молодой…

– Леночка, какой же я молодой?! Александру Невскому на Чудском озере было двадцать три года! А я в эти годы еле в штурмана на эсминце попал.

Лена взяла его под руку, посмотрела в глаза:

– Я очень люблю, когда вы смеетесь. Вы такой сильный, уверенный в себе, все знающий… А когда смеетесь, глаза у вас детские!

Шестаков попытался отшутиться:

– Мудрости в них маловато… Житейской!

Лена покачала головой:

– Ее не бывает, житейской или абстрактной.

Мудрость – это познание добра и зла. На наш век столько зла пришлось! Где добра собрать столько же?

– Леночка, хороших людей в мире больше, и они заслуживают счастья, – ласково сказал Шестаков. – Надо им только помочь – а вы им уже помогаете…

Лена долго шла молча, потом повернулась к Шестакову:

– Мне самой помогать надо, Николай Павлович.

Не знаю, может быть, это глупо, что я говорю вам…

Она смущенно замолчала.

– Так что именно вы мне говорите? – попытался поддержать ее Шестаков.

– Ну, в общем… Только с вами я в последнее время чувствую себя уверенно, – решилась Лена.

Шестаков остановился, долго смотрел на нее, потом обнял и крепко прижал к себе.

– Ну, что же вы молчите? Скажите хоть что-нибудь! – попросила Лена.