Темная сторона Хюгге

Когда больше нечего почитать, он всегда может зайти в школьную библиотеку, где все еще можно откопать несколько книг, достойных прочтения. Он находит спальный мешок и подушку и запихивает их в сумку вместе с чистой сменой одежды и шампунем. В школе есть душ, там он и принимает его каждый день. Несколько секунд Ассер стоит в раздумьях, потом решает, что взял достаточно, чтобы пересидеть в своем убежище пару дней. Он выключает свет и выходит на улицу.

Но, прежде чем уйти, обходит дом и стучит в соседскую дверь.

У открывшей ему Карины, жены соседа, мечтательный бледный огонек в глазах. Сперва она несколько секунд разглядывает его и только потом здоровается.

– Привет, Ассер.

– Просто хотел спросить: если хочешь, могу тебя проводить, когда соберешься уходить, – говорит он.

Ничего не ответив, она уходит в дом, оставив дверь открытой. Он заходит следом, закрывает за собой дверь, проходит в кухню. Она смотрит на него с улыбкой. «Можешь не разуваться. Тут все равно грязно».

Она прислонилась задом к спинке скамьи и курит сигарету.

Он видит, что это совершенно обычная сигарета, но в прокуренном воздухе висят похожие на шелк нити другого дыма, более сладкого, пряный аромат которого он помнит с тех лет, которые он провел в Нууке. Глаза Карины блестят, губы влажные, нижняя губа кажется припухлой.

– Ты уж извини, – говорит она, – только сейчас сама заметила, что я, вообще-то, под приличным кайфом.

– Не проблема, – говорит Ассер, – не мое дело. Где достала?

– Младшая сестра дала, – отвечает Карина.

 – Провезла в презервативе в заднице, когда последний раз возвращалась из Дании. Я помогала ей доставать все это наружу. – Она фыркает, потом подносит сигарету ко рту, сжимает губами фильтр и затягивается. – В Христиании раздобыла, качество довольно приличное. Хочешь?

– Мне кажется, мне будет нехорошо, если покурю.

– Немного веселящего табачка, от этого никому еще плохо не было, – говорит она и, давясь смехом, сгибается и валится на скамейку, лежа на спине, смотрит на него, тяжелое облако табачного дыма поднимается у нее изо рта.

– Тебе не кажется, что нам пора к твоему мужу?

– Родители Стефануса у нас такие безукоризненно интеллигентные. Да ты их знаешь. Как думаешь, какие у них будут лица, когда к ним домой заявится обкуренная невестка?

– Давай сделаю тебе чашку кофе, – говорит он и, подойдя, тянется над ней к кухонному шкафчику, достает банку растворимого кофе.