Темная сторона Хюгге

В 1984 году закончил Копенгагенский университет по специальности литературоведение. Помимо преподавания в университете Оденсе и написания книг, Питер Хег какое-то время был танцовщиком, работал с театральной труппой в Танзании, основал фонд помощи женщинам и детям стран третьего мира. Целый ряд его произведений переведен на русский язык: начиная с дебютного романа «Представление о ХХ веке» и заканчивая книгой «Дети смотрителей слонов». Всемирную известность Хегу принес роман «Смилла и ее чувство снега», в том числе благодаря нашумевшей экранизации Билле Аугуста, вышедшей на экраны в 1997 году.

Питер Хег – лауреат многих литературных премий, большинство из которых, правда, относятся к 1990-м гг.: Премия газеты «Викендависен» (1988), Датская литературная премия критиков (1993), премия «Стеклянный ключ» (1993), вручаемая за лучший скандинавский детектив. В антологии представлено начало нового романа Питера Хега «Твоими глазами».

Твоими глазами

Фрагмент романа

Часть первая

* * *

О существовании этой клиники я впервые услышал, приехав в больницу Нюкебинг-Зеландия, куда после попытки покончить с собой попал Симон.

Мои родители в свое время усыновили его, и мы с ним выросли вместе. Это была его первая попытка совершить самоубийство.

Симона поместили в отдельную палату. Когда я вошел, он сидел в кровати, в белой больничной футболке, и его голова выглядела непропорционально большой.

Из-за нее он был похож на двухлетнего ребенка.

Его настоящая мать как-то рассказала мне, что роды протекали тяжело, в основном из-за размеров головы.

И вот теперь она словно еще увеличилась в размерах.

Брат был женат, у него уже были дети и полжизни за плечами. Его фигуру можно было назвать спортивной, он тягал «железо» и занимался бегом. И потом я сам слышал от многих, что он человек с обаянием и харизмой. Но в ситуации, в которой он оказался, здесь, в больнице, складывалось впечатление, как будто все эти тренировки и черты его характера служили панцирем, защищавшим того, кем он был на самом деле.

А был он маленьким ребенком.

Мы разговаривали вполголоса. О том, что он помнит из случившегося за последние несколько дней. Набралось не так много. Он выпил две бутылки спиртного, проглотил сотню таблеток парацетамола и сел за руль.

Он говорил с тихим, потрясенным достоинством.

Такой близости между нами не было с тех пор, как мы были детьми.

И в этой близости ко мне пришло понимание.