Зародыш мой видели очи Твои. История любви

Часы этажом ниже пробили три, а уже через мгновение четыре раза отзвонил серебряный колокол на городской ратуше:

– Ох и затягивает же эта книга! Я совсем забыла о времени! Ну ладно, еще одну страницу и – спать…

* * *

– А кометы?

– Кометы – это ангельская перхоть, она воспламеняется в верхних слоях атмосферы, и тогда пепел от нее падает на землю и превращается в крошечных духов – хранителей мелких животных, растений и минералов. Так же образуется и пепел вулкана Гекла – из тлеющих волосков бороды дьявола, когда тот бывает неосторожен вблизи своих адских кострищ в преисподней [2 - По народным поверьям, жерло вулкана Гекла является воротами в ад.

], только этот пепел превращается в демонов, которые соперничают с добрыми духами за власть над всем живым. Поэтому можно сказать, что борьба между добром и злом кипит даже в твоих носках. По-моему, они у тебя из хлопка?

– Эй, малыш Зигфрид, что за ерунду несет этот тип?

– Он рассказывает мне о звездах.

– Ну, хватит об этом, теперь нам пора домой.

– А в слонах? В слонах тоже есть демоны?

– Идем, тебе сказано!

– В слонах, наверное, не борьба, а целая война идет!

– И в моем ремне тоже?

– Ой, точно!

– ИДЕМ!

Раб остался у хижины, а мужчина, взяв мальчика за руку, повел его к воротам. Постовые, отдав честь, выпустили их наружу, а раб так и стоял, наблюдая, как отец и сын уселись в отполированный до блеска «Мерседес-Бенц» и скрылись из вида.

* * *

– Мари-Софи?

– Что?

– Можно мне с тобой поговорить?

– Можно.

– Ты здесь одна.

– Да, совсем одна.

– Все укрыто тьмой.

– Да, мне видно это из моего мансардного окошка: нигде ни звездочки.

– Я осмотрел всю землю: все спят.

– Все, кроме меня.

– Ты тоже спишь.

– Но я же читаю книгу!

– Нет, ты спишь.

– Я сплю? О, Боже! И свечка горит?

– Да, горит. Так же, как и ты будешь гореть…

– Ну и влетит же мне! Дом-то старый, заполыхает – ахнуть не успеешь!

– Я присмотрю за свечкой.

– Спасибо!

– В наши дни трудно найти, с кем поговорить, никто больше не видит снов, города погружены во мрак, единственный признак жизни – человеческое дыхание, что исходит от домов холодными зимними ночами.

Но потом я заметил тебя, тебе снился сон – так я тебя и нашел.

– Мне снился сон? Мне ничего не снилось! Тебя просто привлек свет в моем окне! Боже мой, я же забыла закрыть ставни! Мне нужно проснуться! Скорей разбуди меня, кто бы ты ни был!

– Можешь называть меня Фройде.