Все сказки Гауфа

В царственном блеске своей вечной юности и красоты, она сошла на землю: она слыхала, что там живут люди, которые невесело проводят время, в труде и работе, часто в горе и нужде. Им-то она и принесла лучшие дары из своего царства, и с тех пор, как прекрасная царица прошла по земле, люди стали веселее, имели более светлых часов.

Детей своих, не менее прекрасных и приветливых чем она сама, царица тоже посылала на землю радовать людей. Однажды с земли вернулась Сказка, её старшая дочь. Мать заметила, что она скучна, и даже глаза у неё как будто заплаканы.

– Что с тобою, дитя моё? – спросила её царица, – ты вернулась такая печальная, унылая… Расскажи, доверься матери.

– Ах, я бы сейчас сказала, – ответила Сказка, – если бы не знала, что моё горе и тебя огорчит.

– Всё равно, скажи, дитя моё, – упрашивала царица, – горе – это тяжёлый камень: одного задавит, но двоим легко его снести.

– Ты приказываешь, – сказала Сказка, – так слушай же. Ты знаешь, как я люблю бывать у людей, как я охотно сижу у самых бедных тружеников перед хижиной, и болтаю с ними часок после работы.

Бывало, они мне сейчас дружески подают руку, когда я приду, и с улыбкой, довольные, провожают меня ласковым взглядом, когда я ухожу; но в последнее время стало совсем не то.

– Бедная моя Сказка! – пожалела царица дочь и погладила её рукою по щеке, на которой блестела слезинка. – Но тебе, может быть, всё это только так кажется?

– Поверь мне, это так, – ответила Сказка, – сердце не обманет: они меня более не любят.

Куда я ни приду, меня встречают холодные взгляды, мне нигде не радуются; даже дети и юноши, которые всегда так меня любили, и те надо мною смеются и поворачиваются ко мне спиною.

Царица подпёрла голову рукою и задумалась.

– Какая может быть причина, – проговорила она, – что люди так изменились?

– Они везде наставили учёных сторожей, которые зорко осматривают и разбирают всё, что приходит из твоего царства. Если явится пришлец им не по душе, они поднимают крик и шум, убивают его или так очернят у людей, – а люди верят им на слово, – что мы уже не встречаем ни крошки любви, ни капли доверия.

Как на этот счёт хорошо братьям моим, Снам! Они весело слетают, им нет дела ни до каких сторожей; они навещают спящих людей и вволю рисуют им картины, радующие глаз и сердце.

– Братья твои ветреники, – возразила царица, – и тебе, моя любимица, нечего им завидовать.