Никто не вернётся

Но стряпня заняла у неё не больше часа. Муж, конечно, сотворил дичь, но это не повод оставлять его голодным.

В полной тишине они дождались, пока ужин разогреется. Ульяна достала одну и, чуть помедлив, вторую тарелку.

– Клади поровну, – сказал Аркадий.

Она положила на тарелки одинаковые порции. Ефим моментально стащил свою тарелку со стола и пристроил на коленях.

– Хлеб бери, пожалуйста, – сказал Аркадий.

Тот схватил сразу три куска.

Ульяна ощутила лёгкую жалость, глядя, как этот грязный, безумный человек набивает рот едой.

– Я пойду в комнату, – сказала она.

– Хорошо, – ответил Аркадий. – Уля, милая.

– Что?

– Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, – ответила Ульяна устало.

– Ефим тоже тебя любит.

– Что? В каком смысле? Как это?

– Любит, – повторил Аркадий и переключился на свой ужин.

* * *

Ульяна набрала номер. Света ответила после второго гудка. Будто ждала.

– Прости, что отвлекаю.

– Ну о чём ты?!

– Я даже не знаю, как это сказать.

– Крепись, дорогая.

– В общем…

Она вздохнула. Федя запрыгнул на диван и стал устраиваться у неё на коленях. Ульяна рассеянно почесала ему между ушами. Коту не понравилось. Он спрыгнул, больно оттолкнувшись задними лапами.

– Да пиздюк ты! – крикнула Ульяна.

– Кто? – спросила Света. – Ты о ком?

– Кот придурочный.

– Ах, кот?! Хорошо. А Аркадий что? Жив? Или ты ещё не знаешь?

– Жив. Он бомжа привёл.

Света молчала.

– Бомжа, – повторила Ульяна.

Ответа не было.

– Алё, Свет, ты слышишь?

– Слышу.

– А чего молчишь? Я не знаю, что делать. Скажи.

В комнату, жуя, зашёл Аркадий.

– Ты маме звонишь? – спросил он.

Ульяна нажала отбой.

– Нет.

– Ладно. Мы сейчас будем пить чай. А ты постели, пожалуйста, Ефиму в соседней комнате.

– В комнате Виталика? – спросила Ульяна. У неё затрясся подбородок. – Аркадий.

– Что?

– Он ляжет в комнате Виталика?

– А где же ему спать? С нами, что ли? Или на пол его укладывать прикажешь?

– Пусть уходит, – сказала Ульяна.

– Нет. Он останется. Мы ему поможем.

– Хватит!

Ульяна собиралась закричать, но у неё вырвался лишь комариный писк. Аркадий дожевал и проглотил. – Мы его спасём.

– Если он ляжет на кровать Виталика, я выброшусь в окно.

– Что ещё за новости?!

– Ты слышал.

Из кухни раздался то ли кашель, то ли смех.

– Позвони завтра Игорю Ивановичу, – сказал Аркадий.

– Да к чёртовой матери твоего Игоря Ивановича!

– Во-первых, он не мой, а твой.