12 новых историй о настоящей любви (сборник)

Выясняю, что есть разные традиционные мотивы: с животными, цветами, деревьями. В конце концов я устаю и поддаюсь уютному зову постели.

Посреди лекции о теореме Пифагора мистер Траут что-то замечает в окне. Его лицо преображается, озаряясь улыбкой. Я поворачиваюсь туда, куда он смотрит, и вижу женщину с корзинкой для пикника.

– Флора, – говорит он, – сделай одолжение и закончи разбирать это доказательство. А потом переходи к следующему, – уже на полпути к выходу он оборачивается. – А потом к следующему.

Я выхожу к доске и беру маркер.

Поворачиваюсь и вижу, как мистер Траут обнимает женщину. Потом она достает плед, который несла под мышкой, и раскладывает его на траве прямо под окнами кабинета.

Я заканчиваю чертеж мистера Траута, попутно объясняя, что к чему, потом поворачиваюсь к классу. Все смотрят в окно, где женщина достает из корзинки для пикника два сэндвича, завернутых в пергамент и перевязанных бантиками. Следом из корзинки появляется тарелка с клубникой и два узких бокала для шампанского.

Она эффектным жестом извлекает бутылку газированной воды, что-то говорит, и оба смеются, запрокинув головы.

Мне неловко стоять у доски без дела, так что я заглядываю в записи мистера Траута, чтобы узнать, что объяснять дальше, стираю с доски чертеж и начинаю новый.

– Итак, это алгебраическое доказательство, – говорю я. – «А» в квадрате плюс «b» в квадрате равняется «с» в квадрате.

Рисую на доске большой квадрат и внутри него второй поменьше, повернутый под углом, помечаю стороны.

Я даже не оборачиваюсь, потому что знаю, что никто меня не слушает. Закончив, я откладываю маркер и смотрю в окно. Мистер Траут и его подруга, вальяжно расположившись на пледе, едят и болтают, будто в парке субботним днем. Весь класс смотрит в окно, наблюдая за ними.

Кроме Мими, которая смотрит на меня.

И вдруг я вспоминаю, как в первый раз я увидела ее, когда ждала Блейка под дубом, а она раздавала листовки.

– Ты из этой школы? – спросила она. Я покачала головой. – Так я и думала.

Жаль, – а потом все равно дала мне листовку.

Спустя пару недель, под тем же деревом, мое сердце заколотилось, когда я увидела ее.

– Как дела в клубе? – спросила я.

Она пожала плечами.

– Да так себе. Слишком много гетеро, слишком мало геев, а это не соответствует нашей задаче.

Рядом с ней стояли Трэвис и Хоуп.

– Нас не вини, – сказал Трэвис. – Мы просто хотели тебя поддержать.

– Да все равно. Похоже, что клубы – это не для меня, – заметила Мими.