12 новых историй о настоящей любви (сборник)

 – Мы всегда среди отстающих.

Мими добавляет:

– Это единственный предмет, на который мы ходили вместе в прошлом семестре. Учитель нас рассадил, потому что мы все время болтали.

– И это не преувеличение, – вставляет Трэвис. – Мы просто физически не могли прекратить разговаривать.

– А потом мы стали переписываться смсками.

Хоуп качает головой:

– Это был просто ужас. Я пыталась игнорировать свой телефон, но они все время так многозначительно на меня смотрели! В конце семестра нам всем поставили двойки. Так что теперь мы ходим на летний курс и опять все вместе!

Трэвис говорит:

– Уже по второму кругу проходим одно и то же, а все равно ничего не можем выучить.

– Ребята, – говорю я, – вам просто нужно понять, что геометрия – это самое интересное в математике.

Хоуп смеется. Трэвис возражает:

– «Интересное» и «математика» в одном предложении?… Все, мой мозг отключился.

Мими проводит рукой по своей татуировке и улыбается.

– Это самое человечное. Это связано с нашим телом, – я встаю, расставив руки.

 – Симметрия. Пропорции. Знаете этот рисунок Леонардо да Винчи, где человек стоит вот так? – я шире расставляю ноги и выше поднимаю руки.

– Ну да, голый мужик, – говорит Трэвис.

– По-моему, у него мужики почти всегда голые, – вставляет Мими.

– Но вокруг того нарисован круг, да? – спрашивает Хоуп.

– Точно! И еще квадрат. Этот рисунок как раз про геометрию. Геометрия в природе повсюду: когда бросаешь камень в воду и от него расходятся круги, все шире и шире. И жилки на листьях.

И чешуя у рыбы. А если посмотреть на срез дерева, видно, как оно росло. А ульи! А суккуленты!

– Чего я не понимаю, – перебивает Трэвис, – так это почему они не учат нас всему этому? Как будто сами хотят, чтобы мы ничего не поняли.

– А вот я не понимаю, – говорю я, – как так получилось, что я записалась на геометрию, ожидая, что там все будет скучно и знакомо, а в итоге оказалась тут.

– Звучит как комплимент, – говорит Мими.

– Так оно и есть. – Я сажусь на свое место и мимоходом целую ее в уголок губ.

– Похоже, у нас тут кое-что новенькое, – замечает Трэвис, вскинув брови. – Когда вернемся, перенесу свой спальный мешок обратно в палатку Хоуп. Сегодня ночью я чуть не околел.

Снова смеркается. Хоуп приносит из машины укулеле. Трэвис уходит в кусты и возвращается с пучком листьев в руках.

– Я заварю чай, – сообщает он. – Особый сбор. Мята и еще кое-что.

– А мы не отравимся? – спрашивает Мими.

– Да ладно тебе, – говорит он.