Повторите, пожалуйста, марш Мендельсона (сборник)

Раиса Павловна, чьи некогда активные житейские позиции дегенерировали в узконаправленный интерес к напастям невестки, все еще была полна решимости воспитать в ней стойкость к периодическим кульбитам мужа.

– Эпи-зод, – выудила из зыбкой памяти сложное слово, – это эпи-зод, Ве-ра! – и, взглянув на раскрытую аптечку, ассоциативно извлекла с ее помощью вполне вразумительную метафору: – Залепи лейко-плас-тырем, доро-гая. Скоро пройдет.

Вера так и делала. Залепив очередную рану лейкопластырем выносливости, на корню рубила желание узнать об «эпизодах» больше.

Пусть кто угодно, хоть снова Ирина, пусть гульнувший муж сочиняет легенды о командировках – Вере плевать. Ни его, ни себя не унижала дотошными расспросами. Должен же быть у большого ученого, человека увлекающегося, какой-то изъян!..

Ценя снисходительное отношение Веры к его мужским слабостям, Максим всегда возвращался домой. Жена – гавань надежная. Проверенная гавань – плывите дальше, маленькие, манящие, красивые кораблики.

Мимо, мимо…

Между тем здоровье свекрови ухудшилось. Прекратились прогулки, затем «чтение» и записи в дневник. Лечь в больницу категорически отказалась:

– Дома хочу уме-реть.

Преодолев в себе отвращение к больному воздуху в квартире матери, Максим взял отпуск и зачастил к ней вместо Веры. При сыне Раиса Павловна и скончалась в ясном сознании. Перед смертью, утверждал он, рассудок ее внезапно просветлел, они так хорошо поговорили, успели попрощаться…

Зрелище рыдающего мужа потрясло Веру.

Два дня он плакал страшно, как плачут взрослые, и жалобно, как ребенок. Но на похоронах держался церемонно – чопорный, с застывшей прямой спиной, соболезнования принимал сдержанным кивком.

Когда разбирали завалы бумаг в квартире Раисы Павловны, Вера тщетно искала ее дневники. Пропали куда-то стопки клеенчатых тетрадей, виденные на полках антресоли в прихожей. Зато в документах обнаружилось завещание, выполненное по всем правилам месяц назад.

Раиса Павловна неведомым образом умудрилась через знакомого нотариуса отписать квартиру внуку.

Вера со спокойной совестью вышла на работу под крылышко Ирины, ставшей директором школы. Праздники Дудинцевы и Порядины по традиции справляли вместе. Олег начал учиться в физико-математической школе, позже туда отправился и Марик. Мальчишки дружили. К Асеньке, сестрице Марика, оба относились с братской нежностью.