Повторите, пожалуйста, марш Мендельсона (сборник)

Максим водил сына в институт, дома рассказывал о возможностях приборов, с помощью которых ученые скоро будут регулировать нежелательные процессы в магнитосфере. Мощное возмущение в ней уже способно вызвать экспериментальное нажатие спускового «крючка».

С возрастом у мужа сильнее проявились родительские чувства, ночные вылазки и выпивки прекратились. Однако по женской части он не угомонился. Сметка в этом деле у Веры навострилась как у заправского сыщика, хотя нисколько она за Максимом не шпионила. Просто, чистя его пиджак, отцепила однажды с рукава кудрявый, крашенный хной волос.

Сразу поняла – совпадает с Ирининой нынешней «химией». Посомневалась, оберегая себя от расстройства. Мало ли… Встречались же на виду, и волосы у «Иришки» всегда были слабые.

Может, сын и догадывался о недоразумениях в интимной жизни родителей, но помалкивал. Они тщательно соблюдали видимость согласия. И между Порядиными Вера не замечала особых противоречий. Правда, Андрей к ней не охладел, она знала. Человек по натуре рассеянный, Андрей был вынужден следить за собой, чтобы, не дай бог, не вылетело лишнее слово, чтобы жена не поймала брошенный на Веру тоскливый взгляд.

А Максим все так же звал Ирину ласкательными именами, обе семьи привыкли.

Потом грянуло время тревожное, безденежное. Учителя получали зарплату раз в три месяца, институт выживал на грани закрытия. Газеты и телевидение наперебой вещали об охватившей мир эпидемии СПИДа и неслыханном росте криминала.

Как-то раз Вера припозднилась на собрании, и когда шла по пустынному переулку, бегущий мальчишка сорвал с нее норковый берет.

Был бы преступник взрослым, она бы поостереглась. Но такие же подростки окружали ее в школе, и взбешенная Вера понеслась за ним с воплями. Только уши продуло…

Выслушав ее рассказ, муж хохотнул:

– Главное, что в голове, а не на ней!

Вера оскорбилась. Накануне Ирина подвернула ногу, так он несколько раз звонил, выясняя, был ли рентген, нет ли у Ириши трещины…

– Я получила стресс, – сухо сказала Вера.

 – Этот отморозок, в конце концов, мог полоснуть меня ножом.

– Не полоснул же, – пожал плечом Максим.

Дудинцевы молча поужинали и молча разошлись по разным комнатам, как повелось со времени учебы Олега в университете другого города. Обычно они сплачивались в каникулярные дни сына и осторожничали наедине, а тут мимолетная размолвка легко сломала хрупкое равновесие.

Теперь все свободные часы муж проводил в кабинете, изредка захаживая в кухню чего-нибудь пожевать.