Гости «Дома на холме»

Он был встревожен, тонкий рот нервно подергивался, хотя порозовевшая после душа кожа выглядела безмятежно-младенческой… Новые знакомые принимали его за старшеклассника, хотя Максим уже успел бросить два института и с горем пополам поступить на заочное отделение третьего – столь же неинтересного ему, как и первые.

– У тебя тип вечного мальчишки, – говорила мать. – Этим отличаются многие люди с мелкими чертами лица.

В такие минуты Максим понимал, что она говорит и о себе тоже, ведь они были похожи.

В детстве ему это не нравилось, ведь их схожесть отмечал каждый второй, и Максу мерещилось, будто вот-вот прозвучит унизительное: «Маменькин сыночек!» Лучше б он выглядел, как отец, который всегда походил на большого и толстого добродушного пса – с круглой головой, круглым носом и круглым животом.

И не ему одному так казалось, мать тоже любила рассказывать гостям: «Когда Виталька влюбился в меня, ходил по пятам, как собака… Знаешь, с каким выражением бездомные псы в глаза человеку заглядывают? Вот так он на меня и смотрел… И все подарки носил… Такие роскошные туфли где-то достал! Итальянские.

Это в те-то годы! Я только из-за этих туфель за него и вышла…»

Отец посмеивался, слушая это, а Максима даже в детстве корежило от того, как мать публично выставляет его на посмешище. Отрекается… Но отец этого будто не понимал: в его лице всегда все улыбалось – глаза, рот, лоснящиеся щеки.

И это не было маской, Виталий Филимонов действительно был добрым человеком.

Макс на всю жизнь запомнил старое видео, на котором молодой отец держит его, новорожденного, на руках и повторяет завороженно:

– Какой он красивый… Ты посмотри, какой же он красивый!

Максим мог поклясться, что видел слезы на его глазах… И не мог понять, как его родители вообще нашли друг друга и прожили столько лет вместе? Разные, как два полюса. Или у них как раз тот случай, когда противоположности притягиваются?

Порой Макс ловил взгляд матери, светившийся нежностью.

Но Людмила Васильевна тут же отводила свой, будто сын заставал ее за чем-то постыдным. Она всегда была сдержанна в чувствах, в отличие от отца, который любил сгрести в охапку то одного, то другого сына, потискать их, точно и не прошло лет по двадцать с тех пор, как это было уместно…

Максим не протестовал, только смеялся. А Сергей начинал злиться: его узкое лицо краснело, будто на него падал отсвет внутреннего огня, которому он пока не давал выхода.