Гости «Дома на холме»

– Монастырь? – Анита едва слышно рассмеялась. – Даже не знала, что он тут есть.

– Есть. Очень старый – тринадцатого века. Вам стоит там побывать.

– Действительно, стоит…

Что-то в ее голосе заставило Лику насторожиться. Ирония имела едкий привкус. Мысль о монастыре горчит? Лика еще раз окинула ее взглядом: каково быть тенью сестры? И встретила прямой взгляд.

«А глаза! – ахнула про себя. – У младшей нет таких глаз…»

– У вас сейчас много постояльцев? – спросила Анита, отведя глаза.

– У нас в принципе немного места. Сейчас заняты десять номеров. Но для вас есть очень хороший!

– Кто у вас останавливается? Туристы?

– В основном.

– А как называется ваша гостиница?

– «Дом на холме».

– Холм-то невысок…

– Это верно. Но это не я придумала название… Вот и пришли.

Петр уже распахнул дверь и сам проскочил за Элей, забыв, что за ними идут еще двое. Лика усмехнулась и встретила понимающий взгляд Аниты.

– Надеюсь, моя сестра не испортит ваши отношения?

– Не поверите, – весело отозвалась Лика, потянув дверь на себя.

 – Он сам все испортил много лет назад… Это же мой отец.

* * *

Голубя он заметил не сразу.

Шагнув из подъезда, так и ахнул, прищурившись от густой, как на детском рисунке, синевы неба. Наконец-то! Уже казалось, лето вообще не наступит…

Час назад, когда Максим Филимонов выгуливал щенка, и намека не было на то, каким станет этот день.

Они уныло тащились с Троллем от дерева к дереву под мелким дождиком, который хоть и не был осенним, но тоску нагонял ничуть не хуже. А теперь поглядите-ка!

«Счастье только таким и бывает – внезапным!» – подумал он и подался навстречу июлю, очнувшемуся от подростковой депрессии. Почему, взрослея, охотнее веришь в лучшее? И даже реверсивные следы от самолетов начинают казаться стрелками, оставленными судьбой, которая показывает верный путь, как в игре «Казаки-разбойники».

Кажется, его поколение было последним, чертившим стрелки белыми мелками… Многие ли отыскали свой клад?

– Только не я, – пробормотал Максим, заставив себя опустить голову. Должно быть, странно выглядит тридцатилетний человек в хорошем костюме, глупо улыбающийся небу.

Еще один шаг, и лохматый куст шиповника закрыл бы птицу на бетонном отливе под окном первого этажа, беспомощно барахтающуюся в собственной крови.