Прости, брат

 – Шевелись, увалень, до ночи не закопаем.

После обеда из районной поликлиники вернулась Ирина с младшим сыном. Войдя в дом с печальным глазами, помогла Валере разуться, умыться, а затем занялась собой. Сняла туфли, помыла руки с мылом, ополоснула заплаканное лицо и посмотрела на своё отражение в овальном зеркале, висящем над умывальником.

– Ой, вы уже дома? – в кухню вошла уставшая мать. – А мы только о вас говорили.

Ира вытерла лицо вафельным полотенцем и села на табурет. Её печальные глаза были полны слёз и отчаяния.

Отвернув голову в окно, она молча сглатывала слёзы.

– Что врач-то сказал? – Валентине не терпелось услышать благоприятную новость. – А то я вся извелась.

Открыла кран и сунула под прохладную воду покрасневшие ладони.

– Ничего, – всхлипнула Ира, – ничего хорошего.

– Почему? Это же такая ерунда, – прихватив сырое полотенце с крючка, Валентина села на лавку. – Много ли таких немых? У Гальки Пружниковой парнишка до трёх молчал, вспомни. А у Лены Симоновой… Девчонка до пяти глазами хлопала и улыбалась, а потом язык как развязался – до сих пор трещит, как попугай.

А девке уже пятнадцать.

Слушая слова поддержки, Ира не смогла справиться с собой и выпустила волну рыдания, опустив голову на руки. Её спина содрогалась от каждого всхлипывания, нос хлюпал от забившейся слизи, а изо рта доносилось тяжёлое дыхание. Ирина ударилась в истерику.

– Да что ты так убиваешься, Ирочка? – Валя мигом пересела с лавки на табурет. – Девочка моя, ничего страшного не случится.

Наш Валерочка – крепкий, умный мальчик. Мы с ним буквы разучиваем. Я называю, а он пальчиком показывает. Это означает только одно: он способный, слышишь? А сегодняшние врачи ничего в этом не понимают. Им дай шоколадку, так они готовы тебя без очереди пропустить, а если придёшь с пустыми руками…

– Мамочка, да что ты такое говори-ишь? – взвыла Ира, захлёбываясь приступом истерики. – Мама-а…

– Говорю, как есть. В наше время на всю эту мелочь никто внимание не обращал. Как будет, так и будет.

На всё воля Божья. В нашем роду ни одного неполноценного ребёнка не было. В какой срок положено заговорить, в такой и начнёт. Так будет болтать, что не остановишь! – рассмеялась Валя, чтобы подбодрить расстроенную дочь.

Но Ира не останавливалась. Рыдала и рыдала, вздрагивая и задыхаясь. Погладив дочь по спине, Валя налила в кружку воды из чайника и предложила попить, чтобы успокоиться.

– Если у Валерочки врождённый изъян – значит, скажи спасибо муженьку.