Меч Тенгри (сборник)

– Там, там, – радостно подтвердил сержант.

Наконец память моя стала проясняться, и я вспомнил, что знакомый мой был родом из Азнакаевского района.

– Ну, а ты где? – спросил сержант.

– Где-где… На улице, – буркнул я.

В груди у меня вдруг потеплело, как всегда бывает, когда есть кому излить душу.

– Жить негде, ёлки-моталки, – посетовал я. – А зима на носу.

– А работаешь где? – поинтересовался сержант.

– Где придётся, – махнул я рукой. Терпеть не могу такого вопроса.

– Грузчиком, что ли? – наморщил свой узкий лоб сержант.

Видимо, в его единственной мозговой извилине с быстротой шаровой молнии пронеслось несколько предположений. В глазах его отразилось такое удивление, будто он спрашивал меня: алкаш? вор? бомж? бич?

– Да я рассказы пишу, – нехотя выдавил я из себя.

– А-а… – ухмыльнулся сержант, радуясь что его бывший сосед по койке не совсем уж пропащий человек. – Писатель! Максим Горький!

– Габдельджаббар Кандалый! – воскликнул и я, имея в виду татарского поэта прошлых веков, дабы хоть немного поднять в глазах сержанта свой авторитет.

Дескать, и мы не лыком вязаны!

– Ну, для писательства тоже нужны условия, – глубокомысленно заметил сержант. – Ты и не женат?

Я покачал головой в знак отрицания своего супружества. Этот вопрос мне тоже порядком надоел.

– А ты? – в свою очередь спросил я.

– Нет, – погрустнел сержант. – Как можно привести жену в эту крысиную нору?

«Недалеко ушёл», – радостно подумал я.

– Есть идея! – вдруг воскликнул он, просияв, – я могу найти тебе клёвую комнату! Пошли, отсюда недалеко.

И сержант поволок меня в сторону отделения милиции. Он завёл меня в какой-то старый, покосившийся дом, потянул дверь, лишь слегка насаженную на гвозди, и сказал:

– Вот твои апартаменты!

Я с сомнением шагнул вслед за ним в комнату.

– Этот дом всё равно подлежит сносу, а жильцам уже дали квартиры. Так что живи себе в удовольствие!

– Может, его уже завтра придут ломать?

– Ха! – усмехнулся сержант (надо сказать, что он вообще был весёлый малый).

 – Ты, Ркаил, словно сегодня родился. Дом, который скоро должны ломать, у нас ломают года через два-три.

В эту минуту я был похож на новосёла с ключом в руках. Всё складывалось как по мановению волшебной палочки.

– Ну спасибо, брат. Это дело нужно обмыть, – и я потными пальцами стал нашаривать в карманах мелочь. Однако мелочи не хватало не только на поллитру, но даже на полбуханки хлеба.