Как стать злодейкой

– Ещё как объясняет, – отозвалась Мира. – Было очень весело всё это время играть в Темную Властительницу и её правую руку – правда, весело. Но время идёт и то, что раньше казалось забавным и милым, сейчас выглядит, как… как фрикачество какое-то! Если не как психическое отклонение.

– То есть, – отшатнулась я от подруги, – для тебя это всё была игра? А я, значит, псих, по-твоему?!

Мира вздохнула и покачала головой.

– Нет, – сказала она, – ты не псих, но тебе пора начать взрослеть, Ника. Думать о будущем. Ты уже решила, куда ты пойдёшь после девятого класса? Останешься в этой школе, перейдёшь в другую или поступишь в колледж? Чем ты по жизни собираешься заниматься? Чем зарабатывать? Твои навыки стрельбы из лука и фехтования тебе в жизни никак не помогут устроиться, а боевые искусства хороши лишь для того, чтобы при случае от докучливых парней отбиться.

– А ты? – Вскричала я. – Твоё рисование тебе чем поможет? Ты сама-то уже решила, куда пойдёшь?

– Решила, – кивнула подруга, – я поступлю в художественный колледж, а после – в архитектурный институт.

Буду проектировать здания – это моя мечта. Так что, как видишь, рисование моё мне в этом очень поможет.

Я стояла, смотрела на подругу и не знала, что сказать. Она всё для себя решила – и сообщила мне об этом только теперь. Только сейчас я узнаю, что у неё есть мечта, и эта мечта не совпадает с моей. В груди затягивался тугой узел, не давая вздохнуть, а в висках стучала только одна мысль: «Предательство!». Меня предали! И кто? Та, которой я доверяла спину, которую считала своей правой рукой! Единственная, кого я подпустила к себе так близко.

И это не столько её вина, сколько моя ошибка. Не надо было привязываться, не стоило доверять. Впредь будет мне наукой: заводя приспешников – не вздумай привязываться к ним. Пусть боятся, пусть уважают, пусть даже любят – но держи их на расстоянии. Есть простой рецепт, как не разочароваться в людях: не надо изначально ими очаровываться. И я собираюсь этому следовать.

Какое-то время я думала о том, чтобы отомстить Мире за её предательство и мою боль.

Но решила, что не буду опускаться до этого. В какой-то степени я ей даже благодарна за урок, так что пусть живёт. Но общаться мы с ней перестали, то есть, это я перестала. Мира еще какое-то время ходила за мной хвостом, уговаривая перестать дуться, но потом смирилась и отстала. Глупая! Я вовсе не дулась, она просто перестала для меня существовать. Однако некоторые её слова заставили меня задуматься.