Провинциалы

Что тогда? А вот что: они уже знают, как тебя зовут, знают твой номер и адрес. Об этом ты не задумывался?

– Быть того не может, – произнес Алтуфьев уже не так уверенно.

– Еще как может, – заверил его коллега. – Почему он ничего не боится? Да потому что знает, что тюрьма ему не грозит.

Вернувшись вечером домой, мужчина не мог найти себе места. Прихода полицейского он ждал с ужасом. И тут уже второй раз за день Сергей Алтуфьев почувствовал дрожь в коленях.

После ужина раздался звонок. Сергей снял трубку и услышал бойкий голос:

– Сергей Алтуфьев?

– Да, это я.

– Вас беспокоят из полиции. Вы сейчас дома?

– Да.

– Мы просим вас никуда не уходить в ближайшие полчаса. Наш сотрудник уже выехал к вам.

– Хорошо.

Алтуфьев повесил трубку. Сердце его вздрогнуло от волнения. Он был почти уверен, что, открыв дверь, увидит на пороге не приятного молодого человека в форме, а верзил в кожаных куртках, которые объяснят ему, почему не стоит обращаться в полицию. В страхе он мерил шагами коридор, ожидая звонка в дверь.

Через двадцать минут Сергей встречал на пороге мужчину в штатском. Он долго рассматривал удостоверение, желая убедиться, что перед ним настоящий полицейский, хотя понимал, насколько это бессмысленно, поскольку понятия не имел, как именно должны выглядеть такие документы. Затем Алтуфьев пригласил мужчину войти в дом. Они прошли на кухню. Жена заварила им чай, и все затихли.

– Так что, собственно, случилось? – не выдержал полицейский.

Алтуфьев хотел было изложить все по порядку, но не смог вымолвить ни слова.

– Вы знаете, – начал он еле слышно, – я сегодня много думал о том, что было утром, и, боюсь, произошло недоразумение. Дело в том, что мужчина говорил с сильным акцентом, и я подумал… Возможно, я что-то напутал.

– Неужели? – спросил полицейский. Заметив испуганный взгляд Алтуфьева, он сразу обо всем догадался. – Тогда пишите заявление, что в помощи полиции вы не нуждаетесь, и я пойду, – сказал он, не желая тратить свое время зря.

Как только все бумаги были подписаны, полицейский покинул дом Сергея Алтуфьева.

Вскоре эта история была забыта. Но с тех пор Алтуфьев избегал аллеи у центральной библиотеки, опасаясь встретить там того незнакомца.

Уж лучше так

Константин Крючковский, беспризорный семнадцатилетний юноша, был уверен, что этой ночью подхватит пневмонию. Он промок до нитки и жутко замерз.